Побагровев ещё сильнее, Деймор приказал позвать её. Шёпот за столом не стихал, пока двери не открылись, и в них не вошла девушка, а за ней два стражника.
— Вы хотели видеть меня, Ваше Величество? — любезно спросила она, но оглядев сидящих и увидев среди них своего бывшего, которого она убила, точнее была в этом уверена, вампирша потеряла дар речи.
С её лица мгновенно сползла маска почтения, и появился страх. От ужаса глаза расширились, и она еле сдержалась, чтобы не попытаться сбежать. Маркус же расплылся в зловещей ухмылке, а в глазах плясали недобрые огоньки.
Дженна провела немало ночей в слезах, проклиная себя за содеянное. Она ненавидела всё свое существо, мечтая умереть, лишь бы он оказался жив. Но когда дошли слухи, что он не только жив, но и путешествует в компании некоего призрака, Дженну охватила обида и ревность. Она не понимала, что сделала не так, почему он столь наплевательски относился к вампирше все эти годы, хотя она всегда была рядом, выполняла все требования и ублажала, как могла. А в ответ её просто выкинули, как надоевшую игрушку, когда появилась новая. И Дженна ещё поняла бы, будь она сильной вампиршей! Но нет! Человек. Да даже если её и обратить, она останется всего лишь никчемной низшей. Что вообще можно было найти в этой слабой девчонке? Долго обдумывая и сравнивая себя с ней, Дженна просто пришла к выводу, что Маркус ведёт какую-то игру, а девчонка всего лишь очередная пешка. По-другому и быть не могло.
— Итак, она здесь, — указал король, — что ты хочешь?
— Всего лишь самую малость — исполнения твоего же закона.
— Но ты же жив! — воскликнула Дженна, не на шутку перепугавшись.
— Твоими руками я был бы мёртв, просто произошло событие, которое ты не могла предугадать. Ты проткнула мне сердце кинжалом и сбежала. Разве это не считается за убийство?
Девушка замотала головой. Реальность быстро согнала с неё всю спесь, оставив только страх.
— Прошу высказаться глав кланов на этот счёт, — осмотрел Маркус сидящих за столом.
— Я считаю, что закон нарушен, — первой взяла слово Теали, — я сама была там и могу подтвердить, что Маркус говорит правду, она воткнула нож в сердце.
— Солидарен с Теали, — подтвердил Корвин, — также видел всё своими глазами.
— Ты жив, а потому считаю обвинение пустым, — высказался Ноэл.
— Согласен с Маркусом, — заявил Рейн, — обстоятельство исцеления роли не играет.
— Поддерживаю обвинение, — сказал последний глава.
— Раз так, — встал король, оборачиваясь к Дженне, — за убийство высшего вампира ты приговариваешься к ста годам в тюрьме, если обвинитель не решит смилостивиться над тобой раньше.
Дженна кинулась к Маркусу и упала на колени.
— Прошу тебя, — глотая слёзы, тряслась она, — я ошиблась! Я не хотела, умоляю, прости меня!
Маркус одёрнул руку, зло посмотрев на бывшую возлюбленную.
— Помнишь, как ты обманом увела меня? — обжог он вампиршу полным презрения взглядом, — теперь у тебя будет время подумать обо всём, что ты сделала.
— Уведите её, — махнул рукой Деймор.
Стража схватила за руки рыдающую Дженну и потащила на выход. Крики разносились по коридорам ещё долго, заставляя переглядываться всех присутствующих.
Теали бросила на Маркуса обеспокоенный взгляд.
— Что? — спросил он.
— Ничего, — покачала головой вампирша, — к чему такая жестокость?
— Она заслужила, — коротко сказал вампир, не желая больше развивать эту тему.
— К главам кланов у меня больше нет никаких дел, хотелось бы поговорить с тобой лично. Ну, почти. Мои люди останутся.
Король нехотя кивнул, и все лишние удалились, остался только Малек.
— Что тебе надо? — рыкнул Деймор, теряя самообладание.
— Нужно, чтобы ты привёл Эрика и около четырехсот солдат к Багровому Собору. Живых, это обязательно.
У Деймора от удивления вытянулось лицо.
— Как ты себе это представляешь?
— Как угодно, без этого завесу не восстановить. Ты же хочешь жить? Вот и придумай. Алистер и часть моего войска пойдёт с вами. Эрик обязательно должен быть живой. Это важно.
— Ладно. Сегодня же двинемся на захват.
— Отлично, тогда это всё.
Раздав необходимые распоряжения, Маркус уехал в поместье, а Алистер пошёл согласовывать тактику нападения.
Король был вне себя от ярости. И не столько из-за племянника, сколько из-за собственного бессилия. Мальчишка обвёл его вокруг пальца и принудил при свидетелях отказаться от всех попыток преследования. Каков хитрец! Деймор ни на секунду не сомневался, что всё это — просто часть плана по свержению его с трона и мести за отца. Но любое выступление против может заставить его отказаться от восстановления миров, и тогда в любом случае все умрут, рано или поздно. Не для того Деймор прошёлся по стольким головам, чтобы ссохнуться в мумию от голода.
— Каков шанс, что ритуал сработает? — спросил король у подошедшей Леилани.
— Сложно сказать, — вздохнула жрица, — такого никогда не было, я не могу ответить, как решит Повелитель.
— Тогда сделай так, чтобы он решил не в их сторону.
— Исключено, — оскорбилась жрица таким предложением, — я служу Кровавому Богу всю свою жизнь, и никогда не запятнаю свою веру.
