-- Особое место среди всех живых существ занимают люди, то есть вы, и грибы. Люди, как и во многих других мирах, ниоткуда не приходили, а прямо в этом мире эволюционировали из обезьян. А мы прошли сквозь врата миров около трёх тысяч лет назад. Связь с центром мы не поддерживаем, нам это незачем. Тем не менее, грибы этого мира ни на какой суверенитет не претендуют. В данной ситуации для тебя это значения не имеет, но это важно для меня. Мы верны клятве, мы верны идеалам. Основа величия грибов -- искусство жить рядом с любыми другими формами жизни. Разумеется, нам, как и любым другим видам нужно есть и где-то жить. Но мы всегда стараемся наносить минимальный вред нашим соседям, так как знаем, что без них и нам не выжить. Короче говоря, мы не враги людям, и я не враг тебе. Тело, которое ты видишь, я занял с согласия его хозяина, какое-то время мы помогали друг другу, можно сказать, мы были именно друзьями, но потом ему стало незачем жить. Я пытался помочь этому человеку вернуться к нормальной жизни, но всё было тщетно. Окончательно решив расстаться с жизнью, он предложил мне взять себе его тело, за которым очень тщательно следил, пока ему оно было нужно. Его звали Степан, это был великий человек. Когда-нибудь я расскажу тебе о нём, потому что люди должны помнить таких, как он. Своего имени он мне не дарил. Я командую колонией грибов в этом мире. Ты можешь называть меня просто полковник Гриб.
Это было так неожиданно, что я не удержалась и слегка засмеялась.
-- Извините, но это правда смешно звучит.
-- Ничего страшного, я рад, что смог хоть немного поднять тебе настроение. Насколько я знаю, людям удобнее использовать в качестве собственных иностранные нарицательные, чем родные. Тебе будет удобно называть меня полковник Машрум?
-- Да, спасибо.
-- Теперь о тебе, -- продолжал грибной командир. -- Я достаточно хорошо знаю людей, чтобы понимать, как для вас важны ваши дети. Каждый из них, тем более единственный. Твой отец спас наш мир от великого зла, он спас нас всех. Защитить тебя -- это единственное, что мы можем для него сделать, и мы сделаем это. Мы не только обеспечим тебе безопасность, но постараемся сделать так, чтобы твоя жизнь была не хуже, чем желали для тебя родители.
-- А что я должна буду делать?
-- Какое-то время тебе придется делать то, что я скажу, по большей части прятаться, точней пока сказать не могу.
-- Нет, я же должна заниматься каким-то делом.
-- Сканта, единственное твоё дело на ближайшее будущее -- выжить.
-- Полковник Машрум, вы только что сказали, что сделаете мою жизнь не хуже, чем хотели мама с папой. А они мне не раз говорили, что любой взрослый человек должен постоянно трудиться, чтобы оставаться хорошим человеком.
-- Но ведь ты ещё не взрослая.
-- В сложившихся обстоятельствах мне придется быть взрослой.
-- Ладно, и чем ты хочешь заниматься?
-- Пока не так важно, чего именно я хочу. Просто помогите мне найти достойную работу.
-- Хорошо, и какую работы ты считаешь достойной.
-- Это должно быть что-то по-настоящему нужное. Плоды моего труда должны помогать людям.
-- Хорошее воспитание. Действительно будет жалко, если такое пропадет. Но ты понимаешь, что первостепенной целью всё равно остается твоя безопасность?
-- Я назвала вам свои условия, полковник Машрум.
-- Условия значит, -- гриб в облике человека покачал головой. -- Тогда и у меня будет ещё одно условие. -- Он достал из кармана горсть сушеных опят или каких-то похожих грибов. -- Нам придется проникнуть в твой организм, чтобы сделать его менее уязвимым. Проще говоря, тебя станет сложнее убить, ты сможешь выздороветь практически после любого ранения. Но при этом в твоём теле перестанут происходить естественные изменения, то есть ты так и будешь оставаться четырнадцатилетней девочкой. Разумеется, когда необходимость в этом пропадет, я смогу отозвать своих подчиненных.
-- Кто был тот человек, который помог мне бежать из дома?
-- Ты верно мыслишь, это хорошо. Это был обычный бандит, которому удалость скормить немного особых грибов, чтобы потом завладеть его сознанием. В крайних случаях мы можем пойти на это. Что до тебя, клянусь связью с началом, мы никогда не вмешаемся в твоё сознание. Два-три дня ты будешь чувствовать лёгкое одурманивание, как от пары кружек пива, но не более.
Поверить в то, что говорил полковник Машрум было крайне трудно. Но с другой стороны, он нашел меня спящей и мог сделать всё, что угодно, и без моего согласия. Я взяла один гриб из его ладони и уже собиралась, положить в рот, но потом вспомнила, с кем имею честь говорить.
-- Не бойся, это не то же самое, что съесть человека, для нас это не больший урон, чем для вас подстричь волосы.
