Сушеный гриб оказался по вкусу похож на орех. Без особого удовольствия, но и без неприязни я съела все выданные грибы и взялась за остальную еду, принесенную полковником.
-- Скажи, Сканта, ты умеешь колдовать?
-- Немного.
-- Чтобы ты смогла сделать, чтобы себя защитить?
-- Не знаю, разве что поджечь что-нибудь. Но ещё я умею стрелять из лука и арбалета. Да и с мечом кое-что могу.
-- Давай так, сейчас я отведу тебя туда, где ты сможешь спокойно и с комфортом отдохнуть. А завтра покажешь, что умеешь, и тогда решим, чем именно тебе заняться. Договорились?
-- Угу, -- ответила я. Набитый рот не позволял сказать ничего более содержательного.
Полковник Машрум повел меня в глубь леса. Часа через полтора пришлось залезть в кустарник, где совершенно внезапно обнаружилась избушка. Внутри кто-то уже успел затопить печь, на кровати было постелено чистое бельё.
Проснувшись, как и было обещано, я уже была немного не в себе.
На следующий день мысли и самочувствие сами собой вернулись в обычное состояние. И я потребовала от своего нового защитника выполнения оговоренного. Полковник Машрум об уговоре помнил, на свет были немедленно извлечены экземпляры всего оружия, о котором я говорила. Разумеется, никаких особых навыков у меня не было, только самый базовый уровень, но грибной командир всё равно сказал, что впечатлен. Но поскольку грибам не было дела до большинства людских конфликтов, такого рода помощь от меня не должна была потребоваться. Он отвел меня в небольшую деревню посреди леса и оставил на попечение местных жителей, велев выполнять посильную работу на грядках.
Поначалу мне показалось странным, что все жители деревни знают, что имеют дело с разумными грибами, ведь тайны, которые так хранят, тайнами остаются недолго. Но уже через пару дней мне стало ясно, что даже реши они поделиться своими знаниями с человечеством, их бы просто приняли за сумасшедших, и этим бы всё кончилось. Справедливости ради нужно отметить, что в некоторой мере они и правда были сумасшедшими.
Так прошло около двух месяцев. Я стала отходить от пережитого горя, и начала задумываться, что неплохо бы заниматься чем-нибудь другим. Тут нужно пояснить, что время в видениях Неявного Лабиринта идет неравномерно, то есть я знаю, что прошло около двух месяцев, но не могу сказать, что прожила их вместе со Скантой.
Наконец снова появился полковник Машрум, сообщил, что выяснил, кто желал моей смерти. Никакой глобальной опасности надо мной не висело, если, конечно, я не попыталась бы немедленно занять место отца. Тех же, кто организовал покушение, уже повесили. Таким образом я всё-таки могла найти приют у друзей семьи.
На новом месте я оказалась в компании двух других подростков. Их родители также, как и мои, озаботились образованием детей, и мне не оставалось ничего, кроме как к ним присоединиться. Впрочем, это было лучше, чем ковыряться в земле.
В доме часто бывали гости. Один из них привлек моё внимание сильным запахом грибов. Так могла пахнуть корзина грибника сразу после похода в лес, либо вода, в которой эти грибы потом чистили, но никак не богатый горожанин. Сперва я предположила, что он как-то связан моими новыми друзьями, но потом вспомнила, что ни подчиняющиеся грибной воле животные, ни жители лесной деревни, ни даже сам главный гриб никакого подобного запаха не источали. Через несколько дней навестить меня зашел человек от полковника, и я рассказала ему о забавном госте, Дэку, так его звали, это смешным не показалось, и он попросил меня по возможности побольше разузнать об этом человеке, хотя бы, где он живет.
Задавать подобные вопросы хозяевам дома я постеснялась, а дети ничего не знали. Зато, когда ещё через три дня вонючий гость появился снова, я подслушала его разговор. Он просил хозяина дома не рассказывать никому, о том, что недавно передавал от него посылку в Храм Исследований Вселенной, говорил, мол там ничего особенного не было, но после открытия там портала можно было и ни за что прилипнуть. Когда гость уходил, я без лишних сомнений решила за ним проследить. Людей на дороге было немало, я сочла, что ещё один всадник, следующий в том же направлении с небольшим отставанием, не должен привлечь особого внимания.