Последним персонажем был небольшого роста паренек с лицом подростка. Ему смело можно было дать лет 20, если смотреть на его щуплую юношескую фигуру и молодежный прикид, который состоял из белой майки, кепки и белоснежных кроссовок, словно он не сидел сейчас в подвале, а собирался на прогулку по набережной.
Тишину прервал именно он, похожий на подростка модник. Кинув очередной взгляд на меня, он обратился к тому, кто оглушил меня, и, скорее всего, был среди них главным, спросив:
– Ну, и что мы будем с ним делать?
Я сразу узнал его истеричный голос и понял, что это Максим. Мой пленитель посмотрел задумчиво на меня, устало вздохнул и ответил:
– Хороший вопрос. С одной стороны, я почти верю, что он говорит правду, но у меня нет объяснений, что он забыл в подвале. – сделав паузу, он осмотрел своих товарищей и спросил у меня. – Может, ты объяснишь, что ты тут забыл?
Понимая, что лучше не врать, либо стараться это делать минимально, чтобы потом не запутаться в своём вранье, я ответил:
– Я убегал от полиции, увидел приоткрытую дверь и спрятался тут.
Недоверие во взглядах смотревших на меня людей сменилось удивлением и любопытством.
– Так это ты переполошил всех копов в округе? – спросила рыжая красавица, приблизившись ко мне и беззастенчиво рассматривая меня, словно я музейный экспонат. – И что же ты такого натворил, а самое главное, как смог убежать? – спросила она, внимательно рассматривая моё плечо, где виднелась оплавленная от попадания тазера одежда и сильно покрасневшая кожа.
Я призадумался, прежде чем отвечать на её вопрос. Всю правду раскрывать незнакомцам точно не стоит, значит нужно соврать, перемешав при этом правду и вымысел таким образом, чтобы у них не возникло никаких подозрений. Усевшись поудобнее, я потрогал рукой затылок и обнаружил там шишку. Подождав, пока импульс боли, заставивший меня сморщиться, утихнет, я ответил:
– Я ничего не натворил, у меня есть друг – шутник ещё тот – вот он меня и подставил.
Не скажу, что мой ответ заставил всех поверить, что я говорю правду, но нельзя не отметить положительный момент: выражение на лицах людей стало менее подозрительным, уступив место любопытству.
– Давай, сказал А – говори и Б, что с тебя каждое слово нужно клещами тянуть? Каким образом тебя подставил твой друг? – первой не выдержала тишины рыжеволосая красавица и потребовала от меня подробностей.
Я уже успел придумать более-менее складную версию, которую они вряд ли смогут проверить. Если мои выводы относительно этих людей верны, то должно всё получиться.
Набравшись наглости, я улыбнулся, глядя ей в глаза, которые были серо-голубого цвета, похожие на облака в ненастную погоду, и ответил:
– Если бы я сам знал, каким образом он смог это сделать! Геша любит ковыряться с электроникой всякой, подолгу печатая что-то и гордо именуя себя хакером. За глаза все над ним беззлобно посмеиваются, потому что из него хакер, как из меня дирижёр. Вот он и удружил мне, что-то поковыряв в моём шлеме, пообещав, что у меня будут пару тысяч кредитов, на которые я смогу оторваться. Только жопорукий товарищ наградил меня вместе с халявными кредитами очень неприятным бонусом, о котором я узнал после того, как в стрип-бар приехала полиция, из-за пустяковой драки, и просканировала меня для идентификации личности.
По выражениям, которые застыли на лицах слушателей, было заметно, что мой рассказ их очень заинтересовал. Главный, благодаря которому мой затылок сейчас отзывался выстрелом боли на каждое резкое движение, нетерпеливо спросил:
– И что при сканировании показал полицейский сканер?
– Ничего. – лаконично ответил я.
– Как ничего?! – удивлённо переспросил мой собеседник, впив в меня взгляд карих глаз, в которых горело пламя любопытства.
– Я и сам не понял. К тому же, полицейские, судя по их реакции, тоже впервые столкнулись с такой ситуацией, перегружали свой сканер и всё время повторяли: «Неидентифицированный».
Мой ответ вызвал неожиданный взрыв эмоций: нервный Максим громко охнул; у рыжеволосой красавицы глаза от удивления чуть не вылезли из орбит; главарь, проводивший допрос, сунул руки в карманы, тут же вынул их обратно и посмотрел на них, словно не знал, что они у него есть, и снова попытался их спрятать в карманы, но в последний момент остановил себя и неподвижно замер; даже спокойный, как столетний дуб, Марк, выдал пару матерных слов, которые можно было перевести примерно следующим образом: «Я поражён, что такое возможно!» .
Первым с эмоциями справился Марк, повернувшись к главному и кивнув на меня, он сказал:
– Тимофей, тебе срочно нужно обратиться к нашему знакомому за сканером, чтобы проверить рассказ этого парня!
Коренастый Тимофей вновь попытался спрятать свои руки в карманы, но совладев с ними ответил:
– Я тоже об этом подумал, но сначала мне бы хотелось услышать продолжение этой весьма прелюбопытной истории. Меня интересует заключительная часть – как тебе удалось убежать от полицейских?