Внутри находилось НЕЧТО. Нет, Библиотекарь и сам неплохо умел нарушать целостность восприятия любого более слабого существа. После этого оно начинало воспринимать его как жутковатый набор анатомических конструкций, не образующих единого целого. Но здесь всё было ещё хуже. По полу даже не ползало - перетекало из угла в угол комнаты 80 килограмм биомассы, опознать в которых человеческое существо было практически невозможно. Все его суставы находились в абсолютно не функциональном состоянии, то есть были полностью порваны его манерой двигаться. Никаких привычных для человека или бескуда осмысленных, скоординированных, или анатомически возможных движений. "Чешет голову через жопу" было самым мягким определением тому, как это создание распоряжалось своим телом. Перекрученное, почти размазанное по полу, загнутое и завязанное узлом так, что на его месте порвалась бы и резиновая кукла, тело это представляло собой в высшей степени пугающее зрелище. Впечатление усугублялось полубессвязным бормотанием отпрыска дома Василевских. Тихое, монотонное, лишенное смысла, оно само по себе могло нагнать страху на любого, кто не имел большого опыта работы с психами. К счастью за свою непомерно долгую жизнь Владимир навидался такого и в таких количествах, что открывшийся вид его уже совершенно не впечатлял.
- Здравствуй, Андрей! Вижу, тебе уже лучше...
Понимая состояние сына, Архибиблиотекарь сопроводил приветствие мощным выбросом энергии, направленным на прояснение его сознания.
- У меня для тебя новости...
- Какая... радость...
Несмотря на то, что проясняющий импульс своей цели достиг, Андрей всё ещё говорил и соображал с трудом. Правда, он, по крайней мере, осознал присутствие отца и прекратил конвульсии, с помощью которых до этого перемещался в пространстве. Некоторые его суставы даже приняли почти нормальное положение. Теперь в этой куче мяса угадывалась человеческая фигура.
- Папа пришёл... Даааааааааааааа.... Ради этого стоило.... Огрести четырёхзначным.... Словом.... Меня даже по имени называют! Новости.... рассказывают.... Такими темпами.... буду скоро любимый ребёнок... как сок! Ты знаешь, у людей есть такой сок?! Любимый сад.... Сад...
- Соберись!
Попытку разума Андрея вновь помутиться пришлось пресекать новым импульсом.
- То, что ты смотришь их телевидение, конечно, в высшей степени интересно, но я здесь не по этому.
- Пришёл проверить сыночка?
Во второй раз Василевский старший несколько перестарался и теперь младший был уже полностью в сознании, но испытывал некоторый физический и моральный дискомфорт. Моральный от ментального воздействия, физический от того, что его этим воздействием ещё и "распутало" до обычного состояния, порвав кучу связок и сломав немало костей. Поэтому сарказма и недоброжелательности в его словах было больше, чем здравого смысла.
- Не только. Речь пойдёт ещё и о причине твоего появления здесь.
- Что, очередная речь из серии "ты не оправдал моих надежд, слабак!"?
Когда надо, Владимир был достаточно убедительным, чтобы приструнить даже Скатару.
- Ты прекрасно знаешь, что мои разочарования - не в твоей слабости! Ты мог выдержать всё, что тебе изначально было уготовано и стать Библиотекарем. Но ты не захотел! Я - верховный хранитель мудрости Праха. Сложно найти среди знаний всех разумных существ галактики хоть крупицу, которая не принадлежала бы мне, но твой выбор ускользает от моего понимания. Библиотекари - высшая каста Праха, мы окружены преимуществами в сравнении с остальными его служителями со всех сторон! И вместо того, чтобы стать одним из нас, ты выбрал презренную участь Стаража - трусливого и ленивого существа! Существа, растрачивающего себя в том, чтобы крушить врагов тяжестью собственных мучений и только тем отдавать дань Истине и справедливости!... Это глупо - и с точки зрения сиюминутной выгоды смертных технократов, и с точки зрения целесообразной добродетельности тех, кому ведомо истинное устройство мира...
- А с точки зрения совести ты не пробовал рассматривать мой поступок?
На мгновение в неприятном голосе, словно нарывающемся вечно на ответную грубость, прорезалась печаль.
