Я уже говорил вам о том, что очень люблю пострадать. А знаете, что я люблю еще больше? Печь. Это мой личный способ справляться со стрессом. Поэтому оборвав себя на не самых веселых мыслях, я посвятил весь вечер пончикам. Вычитал рецепт в интернете, наделал целый противень, накидал пончики в бумажный пакет и ближе к ночи, когда солнце уже скрылось за горизонтом, и майская жара спала, я вышел на улицу и решил прогуляться до набережной, от которой жил всего в паре остановок. Вообще я частенько раньше гулял вечерами и ночами, меня это всегда успокаивало. Прекратил это делать после расставания со Светой, потому что набережная и особенно причал начали напоминать о ней. Странно, но этим вечером мне захотелось вновь посетить давно забытые любимые места, поэтому я, не задумываясь, прошелся по набережной, а оттуда повернул к речному вокзалу и причалу. Он делился на целых шесть сегментов, и шестой оставался моим любимым – закаты отсюда наблюдать было одно удовольствие.
Немногочисленные компании тихо кутили и развлекались, наслаждаясь весенней прохладой и радуясь праздникам. Никто не обращал на меня никакого внимания. Ни на меня, ни на пакет с пончиками, к которым я, углубившись в свои размышления, так и не притронулся. Я настроился, что попробую свой очередной кулинарный изыск, когда доберусь до излюбленного места, когда до ушей моих донеслась тихая ненавязчивая песня. Она привлекла мое внимание по трем причинам: во-первых, люди обычно поют под гитару (здесь же звучал чистый голос и больше ничего), во-вторых, в компании (звук доносился от одинокой фигуры, что разместилась у воды), а в-третьих, голос показался мне безумно знакомым. Прислушавшись, я не поверил своим ушам, но я мог поклясться, что пел Макс. Осторожно в потемках я приблизился к темному силуэту, что сидел на причале, свесив ноги к темной воде, и пел. Пел так печально. Так проникновенно. И, что немаловажно, очень красиво.
- П… Привет, - выдохнул я, когда Макс закончил песню. Тот вздрогнул и вылупился на меня с таким видом, будто я только что ударил его в спину тесаком.
- Ты какого хуя здесь делаешь?! – взвился он, подскочив на ноги. – Следишь за мной?! Совсем ебнулся?! – буквально накинулся он на меня.
- Н… Нет, - выдохнул я, заикаясь. – Я просто гулял. Это совпадение.
- Я не верю в совпадения!
- Придется поверить, - пробормотал я тихо. – Я правда не следил за тобой. Я просто живу неподалеку и иногда здесь гуляю. Точнее раньше гулял. В последнее время нет, - ответил я тихо. Макс, кажется, хотел продолжить обвинять меня во всех грехах, но мое выражение лица видимо убедило его в моей невиновности.
- Окей, тогда иди куда шел, - уже спокойнее проговорил он, вновь усаживаясь на причал.
- Да я особо никуда и не шел, - признался я, усаживаясь рядом с ним.
- Только не это! – застонал Хаски в голос. – Не говори, что теперь собираешься сидеть рядом со мной!
- Почему бы и нет. Я тебе помешаю?
- Еще как помешаешь! Если бы мне нужна была компания, я бы ее нашел. Но если я здесь один, значит, логично предположить – я хочу побыть один! Один – это значит в полном ебаном одиночестве. Ты понял?
- Да.
- Так какого хера ты продолжаешь здесь сидеть?!
- Знаешь, если у тебя что-то случилось, ты можешь со мной поделиться.
- Съеби, мать Тереза, не беси меня еще больше.
- Я никому не расскажу, честное слово.
- Я сказал, съеби!
- Вдруг я смогу тебе помочь?
Макс выразительно посмотрел на меня, и я почти физически ощутил, как он меня посылает далеко и на долго.
- Знаешь, в жизни каждого человека иногда встречаются черные полосы.
- Знаешь, мне насрать на псевдофилософию и подобное дерьмо. Думаешь, у меня есть проблемы? У меня нет проблем! Ни единой! Посмотри на меня! Баб трахаю одну за другой, в учебе – почти гений, и всегда при деньгах, потому что родители неплохо зарабатывают. Я золотой мальчик. У меня есть друзья, есть увлечения, я свободен и волен делать все, что в голову взбередет! – развел Макс руками. – Вот ты так можешь?
- Нет.
- И у кого же из нас после этого проблемы?
- Судя по всему, у тебя. Это же ты, будучи вольным делать все что угодно, почему-то сидишь в одиночестве на причале.
- Да пошел ты! – огрызнулся Макс скорее по привычке, а не потому, что действительно разозлился.
- Раз твоя жизнь действительно так хороша, что же тебя гложет? – осторожно поинтересовался я. Я, конечно, не лучший секс-самец на планете, но слушатель из меня всегда был хороший. Возможно, связано это было с тем, что когда я задавал людям вопросы, я делал это не тактичности ради, а потому что действительно хотел услышать ответ.
Макс нервно пожевал нижнюю губу, то ли собираясь обложить меня новой порцией ругательств, то ли стараясь таким образом отвлечься от моего присутствия.
- Переоценка ценностей, - чуть помолчав, внезапно выговорил он.
- Что? – встрепенулся я.
