- Переоценка, мать твою, ценностей, - раздраженно повторил Макс. – Вот что произошло. В одно прекрасное утро я открыл глаза, обнаружил себя в чужой постели с очередной девахой, имени которой даже не узнавал, и внезапно понял, что… Что все это бессмысленно. Секс. Алкоголь. Учеба. Работа. Для чего все это?
- Ну… Это жизнь, - пожал я плечами.
- Которая, так или иначе, закончится смертью, как бы ты эту самую жизнь не провел.
- Да, и поэтому надо успеть сделать как можно больше.
- Например?
- Например, испечь порцию замечательных пончиков! – улыбнулся я, открывая пакет и предлагая Максу попробовать свою кулинарию.
- Ты что, постоянно шляешься по городу со жратвой, которую сам же приготовил? – с подозрением оглядел меня Хаски с головы до ног.
- Не постоянно, но бывает, - кивнул я и невольно улыбнулся, пронаблюдав, как Макс берет один из пончиков, обнюхивает его будто собака, а затем осторожно откусывает почти половину.
- Ничего так, - пробормотал он, прожевав. – Дерьмо конечно, но есть можно.
- Угу, - кивнул я, не отставая от Макса в уничтожении выпечки.
- Вот скажи, ты для чего живешь? – доев пончик, спросил меня Хаски.
- Для любви, - ответил я не задумываясь.
- Для чего – для чего? – парень посмотрел на меня с недоверием. – Ты ебу дал?
- Нет, - покачал я головой, внезапно укладываясь на теплый бетон причала и упираясь взглядом в небо. – Для чего же еще стоит жить, если не для этого?
- Ради какой-то бабы?
- Ради любимого человека.
- А разница?
- Разница в том, что любимого человека ты «какой-то бабой» не назовешь. Это некто, рядом с которым и дышится легче, и живется веселее. Человек, рядом с которым тебе всегда тепло.
- Меня, кажется, тошнит.
- Из-за пончиков? – спохватился я.
- Из-за чуши, что ты извергаешь, - хмуро выдал Макс.
- Никакая это не чушь.
- Чушь-чушь. Ты в каком времени родился? Может, заблудился? Это двадцать первый век, здесь нет места любви.
- Это ты так говоришь.
- Так говорит общество, дубина.
- Неправда… - выдохнул я неуверенно.
- Да? Тогда докажи мне, что эта твоя великая любовь существует. Познакомь меня со своей телкой, и посмотрим, как быстро она окажется в моей постели, позабыв о так восхваляемой тобой любви, - усмехнулся Макс зло.
- Нет у меня никакой телки, - пробормотал я, невольно морща нос.
- Что ж это так? Не нашлось ебанутой, которая захотела бы разделить с тобой всю эту инфантильную дурь? Или, погоди-ка… Ты же спрашивал, как я довожу девчонок до оргазма. Получается, у тебя не выходило?
- Ладно, мне, наверное, пора… - сконфуженно пробормотал я, поднимаясь с бетона.
- Вот уж нет, останься! Мы же так замечательно общаемся! Так что там с девчонкой? Не удовлетворял ее, и она от тебя ушла?
Я, вновь поморщившись, отряхнул шорты, подцепил пакет с пончиками и направился обратно в сторону дома.
- Ах, погоди! – продолжал вещать Макс. – Дай догадаюсь! В моей койке ей места нет, потому что она уже нашла местечко в чьей-то еще?
Я остановился как вкопанный.
- В точку? Вот что делают с такими идиотами, как ты. Любовь, говоришь? Дерьмо это все собачье. О тебя ноги вытерли, а ты все равно после всего произошедшего грезишь о несбыточном.
- Это не так, - тихо выдохнул я, разворачиваясь и снова идя к Максу.
- Так.
- Любовь существует.
- Тогда докажи!
- Зачем? – вздохнул я, присаживаясь перед Максом на корточки и смотря ему прямо в его небесного цвета глаза. Никогда еще я не ощущал себя настолько уверенно. Никогда еще я не желал настолько сильно защитить что-то, что было для меня так важно.
- Зачем мне тебе что-то доказывать? Не хочешь верить – не верь. Это же твое дело. Живи без целей. И грызи себя этим и дальше, - холодно произнес я. – И да… Возьми пончики. Заешь то дерьмо, которое кипит в тебе сутками напролет, - выговорив это, я сунул Максу пакет с оставшимися булками и ушел.
Никто и никогда не заставит меня прекратить верить в любовь.
Она есть.
Она точно есть.
Однозначно есть.
Даже если не у меня…
****
- Это еще что? – Олег нагнал меня в холле главного здания университета и, узрев большой газетный сверток в моих руках, не преминул тут же о нем спросить.
- Слойки малиновые, - ответил я нехотя.
- Ого, что-то ты в последнее время только и делаешь, что готовишь. Попробовать дашь? – Ну вот, начинается! Не для тебя я их готовил, уходи!
- Нет, - сказал, как отрезал я.
- Что значит «Нет»? – возмутился друг.
- Хорошо, бери. Но только одну, - милостиво разрешил я, понимая, что объяснять Олегу ничего не желаю.
- А остальные куда? – вот же любопытная зараза!
- А остальные Максу.
- Это еще с хрена ли?! – кто бы сомневался, что он отреагирует именно так. Видимо без объяснений все же не обойтись.
- Я таким образом буду перед ним извиняться, - пояснил я.
- За что?
- Я ему нагрубил, - горестно вздохнул я.
- Когда успел?
- Да мы случайно столкнулись на выходных. Повздорили. И вышло все не очень хорошо.
- А он что?
- А что он?
- Что ответил на твою грубость?
- Да ничего не ответил, - пожал я плечами. - Слишком удивился, наверное. Не ожидал от меня.
- Интригующе! Что же ты ему сказал?
- Что сказал, то не повторю, - поморщился я.
