— Нельзя в город, — прервал его молебник, держа бьющееся сердце обеими руками. — Мы не знаем какую силу оно имеет. Мне оно не причиняет вреда, возможно, из-за амулета Архона. Но мы не знаем, будет ли оно так же безопасно для простых людей или проклятых детей. Управляющий говорил, что из шахт есть другой выход.
Капитан неуверенно пожал плечами:
— Хорошо, пойдем искать другой выход. Надеюсь, мы здесь не потеряемся насовсем…
Идя по тоннелям старой шахты, охотники молчали. Капитан ориентировался по факелам, пламя которых наклонялось от еле осязаемого сквозняка. А Санас не мог оторвать взгляда от сердца. Оно мерно билось в его руках, удары эхом разносились по коридорам шахт.
— Может, оставишь себе, как сувенир? — улыбнулся Алан.
— Думаешь, стоит? — усмехнулся в ответ Санас. — Привезу помимо двадцати семи проклятых детей еще и колдовское сердце шамана.
— Шамана?
— Старейшина рассказал, что восемь сечей назад здесь в шахтах убили шамана. Охотники ведь практикуют обезглавливание? Но, видимо, шаман не собирался прощаться с жизнью и что-то наколдовал. Потому его тело не умерло, оставшись без головы. То ли порча какая, то ли наговор, не дали сердцу остановиться…
— И эта самая порча стекала с тела восемь сечей, впитываясь в землю? Думаешь, она виновата в рождении проклятых детей?
— Кто знает, — пожал плечами молебник. — Уничтожим сердце и посмотрим. Со временем станет понятно, избавились мы от порчи или нет.
Еще некоторое время поблуждав по шахтам, отряд наконец вышел к массивным воротам. Пришлось повозиться — старая ржавая конструкция не хотела поддаваться. Но, в конце концов, отряд выбрался, оказавшись далеко за городом. Свет, отражаемый белым нетронутым снегом, ударил в глаза. Оглядевшись, Санас увидел неподалеку знакомую статую Архона у пруда. Охотники подошли к ней, молебник положил сердце на жертвенный камень.
— Надеюсь, ничего не случится, когда мы его сожжем, — тихо сказал парень. — Мезерс, я знаю, у тебя кое-что есть. Давай сюда, — он протянул руку капитану.
Тот тихо цокнул и вынул из внутреннего кармана накидки маленькую бутыль:
— Все-то ты знаешь, — тихо пробормотал он.
Молебник полил содержимым бьющееся сердце и поднес факел. Оно вспыхнуло, пламя окрасилось в неестественный красный цвет. В ушах Санаса запищало, в глазах начало мутнеть. Он сделал пару шагов назад, на виски сильно надавило. Парень упал на одно колено, держась за голову. К нему подскочил капитан:
— Что такое, Сан?!
Но парень не смог ответить. В голове надрывно пульсировало, во рту ощущался привкус метала. К горлу подкатил ком. Санас кашлянул, и снег окрасился алым. Сделав еще пару неровных вздохов, парень провалился в темноту.
Санас открыл глаза. Первое, что он увидел и услышал, это матерчатую крышу и топот копыт. Парень попытался подняться, но ему помешала Ириса:
— Лежи давай.
— Ир, где мы? — хрипло спросил молебник.
— В повозке, — ответила охотница. — Возвращаемся в Круг.
— Где дети?
— В других повозках. Рубингард выделил нам еще две повозки помимо наших. Так же с ними поехали несколько горожан, не желая бросать детей. Ну и по паре охотников там же с ними едут, следят за ребятней.
— Ты лучше скажи, как себя чувствуешь? — вдруг послышался голос капитана.
Санас его не видел и внутренне выдохнул, радуясь, что не успел сказать Ирисе ничего лишнего. Он немного повернул голову — Алан сидел у стены повозки, облокотившись руками на колени и пристально смотря на молебника.
— Как-то неопределенно, — поморщился парень. — Что было после того, как мы сожгли сердце?
— Да ничего не было. Только ты стал кашлять кровью и вырубился. Я же просил не откидываться в моем походе!
— Ну, извини, — скривился молебник.
Ириса взяла небольшой кусок ткани, полила на него голубоватым раствором из небольшой темной бутыли, и положила его на лоб Санасу:
— Скорее всего, твое состояние — результат удара Бауэра, — сказала девушка. — У тебя было сотрясение, а после ты преодолел заснеженный путь до города, участвовал в разборках охотников, организовал погребение, успокоил горожан и спустился в шахты, где, по рассказам, вы увидели нечто очень странное. Твое тело перенапряглось, а сознание испытало сильный стресс. Тебе нужно отдыхать. Уж с возвращением в Круг мы справимся без твоих распоряжений.
— Так что с проклятьем? — спросил Санас. — Город освобожден?
— Ты сам сказал, что узнаем лишь со временем, — ответил Алан. — Ты болен, я решил, что продолжать оставаться в городе не имеет смысла. Если там снова появится проклятый ребенок, тогда этим и займемся.
— Вы успели организовать сборы, пока я был без сознания. Сколько времени прошло? — не унимался парень.
— С того момента как ты вырубился, уже три дня, — Мезерс зевнул. — Мне лично пришлось тащить тебя на себе обратно в город. Знаешь, ты выглядишь довольно худым, но ты, какого-то лешего, очень тяжелый!
— Снова прошу меня простить, — ехидно отозвался молебник.
— Вот любите же вы поприрекаться, — покачала головой охотница.
