Какой, я узнаю через час, когда встречаю курьера на улице. Демин заказал нам торт, но в связи с тем, что не знал точного адреса, оставил мой номер. Теперь вот сидим все вместе и пьем чай. Камилла с радостью уплетает свой кусок, даже не подозревая, кто одаривает ее сладостями. Света заговорщически подмигивает, догадываясь, кто виновник торжества. Макс тоже улыбается, то и дело бросая на меня любопытные взгляды.
Ну а я? А что я? Сижу вот, ем торт и думаю о том, что не такая и ужасная эта жизнь. Особенно когда в ней есть один наглый хоккеист.
Лера
– Что значит – тебе уже помогают? – спрашивает Макс на том конце провода, пока я наблюдаю, как мои вещи покидают его квартиру.
– Думаю, без Демина тут не обошлось, – отвечаю я другу, не до конца понимая происходящее.
Десять минут назад мне позвонил некий Андрей, представившись водителем службы доставки. Объяснил, что на мое имя заказана перевозка вещей из точки «А» в точку «Б». Конечный пункт оставили неизвестным. Демин не в курсе, где живет Ксюша. Я уже пыталась дозвониться Мише, чтобы прояснить ситуацию. В ответ услышала ожидаемые гудки. Ладно, пока он тренируется, я попытаюсь сохранить всю злость, чтобы выдать ему по первое число.
– Лер, даже не знаю, мне сейчас смеяться или злиться, – говорит Макс, при этом в голосе отчетливо слышна усмешка. А мне вот не до веселья.
– Он опять все сделал по-своему, понимаешь? Хотя я русским языком сказала, что не нуждаюсь в помощи. На каком языке прикажешь с ним говорить? На китайском? – выпаливаю часть своего негатива, хотя надо бы протерпеть пару часов и высказать все тому, кто спровоцировал мое недовольство.
– Упертый мужик, согласен. Но придется признать, что этот поступок не так уж плох, – пытается успокоить Макс. Он, вероятно, как мужчина понимает Демина. Я же сейчас хочу ворваться на тренировку и, топая ногой, пытаться отстоять свое право голоса. Решил он, смотрите, какой молодец. Давайте ему еще медаль выдадим как самому заботливому хоккеисту на планете.
– Ты, наверное, можешь не приезжать. Доберусь до Ксюши на такси следом за грузовой машиной, – оставляю при себе все недобрые комментарии касательно действий Миши.
Я же коплю негатив? Коплю!
– Да я уже паркуюсь, так что отвезу. Спускайся, как закончите.
– Хорошо, мы почти все, – говорю Максу и смотрю на последнюю коробку, которая осталась в квартире.
Спустя пятнадцать минут сажусь в салон к другу. Перед этим оставляю конечный адрес водителю.
– Лера, прекращай злиться. Любой нормальный мужчина на его месте поступил бы так же, – Макс начинает отчитывать меня, как только мы трогаемся с места.
– Да конечно! Ты давно таких нормальных видел? Я нет, – отстаиваю свою позицию и продолжаю спорить.
– В зеркале, каждое утро.
– Это ты специально сказал, чтобы я ненароком не усомнилась в твоей нормальности?
– Именно. Помогло? – усмехается Макс, чем раздражает еще больше. Ох уж эта мужская солидарность.
– Дело даже не в том, что он помог. С этим жить можно, хотя бесит ужасно. Меня напрягает, что Демин сомневается в моей способности справляться самой. Я же объяснила, что у нас все схвачено.
– Не уверен, что он думает с такой позиции. У него есть желание и возможности. Зачем сдерживаться?
– Как минимум затем, что мы друг другу чужие люди. Часто ты помогаешь едва знакомым девушкам в беде?
– Нет, но вспомни, как я себя вел, когда познакомился со Светой. Мне пришлось перекроить рабочий график, чтобы забирать ее из университета каждый день. Она, кстати, тоже ужасно злилась, а теперь вот называет самым романтичным поступком.
– Не сравнивай. Ты уже тогда по Светке слюни пускал, точь-в-точь мастиф. Не хватало только хвоста, стоящего по струнке при виде желанной самочки, – хохочу я, вспоминая, как он по пьяни душу изливал, что она ему отказывает в свидании. Света оказалась недотрогой и заставила будущего мужа побегать.
– Кое-что определенно стояло, колом причем. Она же меня три месяца на голодном пайке держала, даже поцеловать не разрешала, – говорит Макс и вместе со мной взрывается громким смехом. Да уж, забавное было время.
– Зато видишь, окольцевал в итоге. Считай, не зря страдал, – немного успокоившись, говорю другу. Им бы наконец-то детей желанных завести. Я знаю, как сильно эта тема беспокоит Свету. Родит еще, когда придет время.
– Так я это все к тому, что иногда ради понравившейся женщины ты готов пойти на многое. Даже если это посягает на ее право на самостоятельность. Мы же, мужчины, просты как пять копеек. Есть возможность – помогаем, если нет – ищем варианты. Другого не дано, – вновь возвращается к изначальной причине моего недовольства.
– Максим, и ты туда же, да? Вначале Ксюша мне все уши прожужжала, потом Света, теперь ты. С чего вы взяли, что я нравлюсь Демину? Мы виделись дважды и то с натяжкой.
– Я не говорю о любви, но почему бы ему не испытывать к тебе симпатии? Вот если отбросить все «за» и «против», он же тебе нравится?
