– Вот недостаток твоей белой кожи, Джош, – сразу заметно, когда ты краснеешь. Очень тебя выдает. А я, например, всегда выигрываю в покер.
Джошуа молча кипел.
– Так что, обсудим как разумные люди? – поинтересовался Лайол. – Я лично не хотел бы столкнуться с миссис Натеги в зале суда.
– Полагаю, Лай, твоя внезапная потребность раздобыть звездолет ну никак не связана с появлением на астероиде одержимых?
– Прекрасно! – Лайол восторженно захлопал в ладоши. – Ты самый настоящий Калверт. Видишь пояс – бей ниже.
– Именно. Так что, увидимся в суде через недельку? Как тебе такая идея?
– Ты правда готов оставить одержимым родного брата?
– Нет, если бы у меня был брат.
– Кажется, ты мне все-таки понравишься, Джош. Я было решил, что ты окажешься слабаком, тебе в конце концов легко пришлось. Но ты не слабак.
– Легко?!
– По сравнению со мной. Ты знал отца. Тебя ожидало большое наследство. Это и называется «легко».
– Это называется «жопа».
– Не веришь своей интуиции – простейший анализ ДНК покажет, в родстве ли мы. Думаю, твой лазарет сможет его провести.
Вот тут Джошуа оцепенел. Что-то глубоко тревожное и в то же время неуловимо близкое чувствовалось в этом незнакомце. «Господи, он ведь действительно на меня похож, и он знает об интуиции, и отец стер бортовой журнал за 2586 год. Это не так уж невозможно. Но «Леди Мак» – моя. Я ни с кем ее не поделю».
Мгновение он смотрел на Лайола пустыми глазами, потом принял решение.
Команда вместе с миссис Натеги оставалась в рубке. В глаза друг другу никто старался не смотреть. Джошуа вылетел из капитанской каюты, развернулся в полете на девяносто градусов и шлепнул пятками по липучке.
– Сара. Отведи нашего гостя в лазарет. Возьми анализ крови, если придется – отравленным кинжалом, и проведи сравнение ДНК. – Он ткнул пальцем в миссис Натеги. – Не вы. Вы уматываете. Сейчас же.
Она ухитрилась проигнорировать его самым презрительным образом.
– Мистер Калверт, каковы будут ваши указания?
– Я же сказал! О...
– Спасибо вам большое за помощь, – с безупречной вежливостью отозвался Лайол. – Я свяжусь с вашим офисом, если решу продолжить судебный процесс против моего брата.
– Очень хорошо. «Таяри, Усоро и Ванг» будут рады вам помочь. Всегда приятно принудить рецидивиста осознать ответственность перед обществом.
Сара, с трудом сдерживая смех, погрозила пальцем нехорошо побагровевшему Джошуа.
– Дахиби, – процедил тот, – выведите даму, прошу вас.
– Есть, капитан! – Узловик гостеприимно указал на люк в полу и вылетел вслед за адвокатшей.
Лайол призывно улыбнулся Саре.
– Вы же не будете колоть меня кинжалом?
Та подмигнула.
– Зависит от обстоятельств.
– Только подумай, Джошуа, – заметил один из приставов, когда и они вышли, – теперь тебя двое.
Джошуа прожег биотехконструкта взглядом, исполнил идеальное сальто и рыбкой уплыл обратно в каюту.
– Спасибо большое, – мрачно пробормотал Эшли. – А за меня не беспокойтесь, я в порядке...
Мощностей программы-транквилизатора, которой пользовалась Алкад Мзу, не хватало, чтобы подавить клаустрофобию. В конце концов физику пришлось сдаться и запустить снотворную программу. Последней мыслью, с которой она провалилась в забытье, была: «Где я проснусь?»
Траектория схождения была сложной, что уменьшало шансы на успех операции. Но Алкад волновало даже не это. Выбраться с Айякучо незамеченными было куда сложнее.
На астероиде было два неподвижных космопорта, по одному на каждом полюсе. Больший использовали звездолеты и крупные межорбитальные суда, в то время как второй предназначался преимущественно для тяжелых грузовозов и танкеров, возивших свежую воду и жидкий кислород для биосферных пещер. Отсюда же отбывали пассажирские челноки, баржи и ремонтные зонды, сновавшие между Айякучо и его ожерельем промышленных станций.
И оба космопорта находились под пристальным наблюдением агентов. О том, чтобы пробраться незамеченными через осевые камеры и сесть на лифт, идущий до причала, нечего было и думать. Поэтому Вои решила переправиться с Алкад в грузовых контейнерах.
Лоди и еще один юнец по имени Эриба, назвавшийся специалистом по молекулярным структурам, переделали пару стандартных контейнеров со склада «Т'Опинггу», превратив их в гробы с необычайно пышной обивкой, куда с трудом мог втиснуться человек в скафандре. Оба юноши клялись, что защита не пропустит ни теплового, ни радиоизлучения. Любому сенсору контейнеры покажутся пустыми.
Конечно, та же защита не позволяла Алкад датавизировать о помощи, если что-нибудь пойдет не так, и никто не вскрыл бы ее контейнер. Она решила, что неплохо держалась перед ребятами до того момента, как ее законопатили в ящик. После этого она двадцать минут отходила под транквилизатором, прежде чем найти убежище в стране сна.
Буксир должен был оттащить контейнеры на одну из плавилен «Т'Опингту». Оттуда их переведут на межорбитальный корабль, летящий до Мапире.
Очнулась Алкад в невесомости. «По крайней мере с астероида мы убрались».
Потом ее нейросеть получила датавиз:
– Подождите, доктор, мы вскрываем контейнер.
