В ожидании, пока горничная приготовит замечательно подходящее для нужд хозяйки твидовое платье вместе со всем остальным, что под него надевается, Алексия попивала чай. Потом она в полном молчании, без единой жалобы натянула все это на себя, полагая, что испытаний, которым они уже подвергли чувства несчастной Анжелики, более чем достаточно для одного утра. Правда, она немного пофырчала, когда та шнуровала корсет, но не дождалась никакого снисхождения. Довольно скоро смиренная и одетая Алексия сидела перед зеркалом, а француженка занималась ее волосами. Анжелика спросила:
— Удалось ли починить машину?
Алексия с подозрением посмотрела на свою горничную в зеркале.
— Да, похоже на то. Но не радуйтесь особенно, мадам Лефу не выказывает ни малейшего намерения в ближайшее время уехать.
Анжелика ничего не ответила.
Алексию буквально потряхивало от желания узнать, что же произошло между этими двумя женщинами, но она вынуждена была смириться с тем, что в данном случае британское упрямство оказалось побеждено французской скрытностью. Она сидела в молчании, пока горничная не закончила с ее прической.
— А я тебе говорю, что и так сойдет, — донесся до ее ушей мужнин рык.
Леди Маккон встала и повернулась на звук.
В спальню широкими шагами вошел Коналл, за ним следовал многострадальный Танстелл. Леди Маккон окинула своего благоверного критическим взором.
— У тебя не заправлена рубашка, не до конца завязан галстук и воротничок съехал набок.
Она принялась хлопотать вокруг мужа.
— И чего я, спрашивается, напрягаюсь? Ты все равно вечно за него, — и Коналл неохотно капитулировал, предав себя ее заботе.
— Ты знаешь, что с тех пор, как мы прибыли в Шотландию, твой акцент стал сильнее?
Ответом ей был хмурый взгляд. Леди Маккон незаметно для Коналла закатила глаза и мотнула головой, отпуская тем самым Танстелла.
—
— Перестань, запачкаешь, он же белый.
— Я не говорил в последнее время, как ненавижу эти новомодные штучки?
— Все претензии к вампирам. Тон задают они.
— Потому-то и воротнички такие высокие, — проворчал граф. — Но мне и моим людям незачем скрывать шеи.
— Шеи-то незачем, — съехидничала Алексия, — а вот норов можно бы. — Она отступила, оправив на нем жилет. — Вот так. Очень красиво.
Услышав это, ее огромный сверхъестественный муж вроде бы застеснялся.
— Ты правда так думаешь?
— Хватит напрашиваться на комплименты, лучше пойди и надень сюртук. Я определенно проголодалась.
Граф прижал ее к себе и поцеловал долгим, увлеченным и весьма дезориентирующим поцелуем.
— Всегда-то ты голодная, женушка моя.
— М-м-м… — Обижаться на правду было глупо. — Ты тоже вечно голоден, только до другого.
Они лишь немного опоздали к завтраку.
Большинство остальных обитателей дома еще не поднялись. В столовой сидели леди Кингэйр — Алексия засомневалась в том, спала ли вообще эта дама, — и два клавигера, но ни одного оборотня кингэйрской стаи не присутствовало. Айви и Фелисити, естественно, до сих пор оставались в постелях. Они даже в сельской местности жили по лондонским часам и не появлялись на людях до середины утра; впрочем, никто и не ожидал от них ничего подобного. Ну а Танстелл, как подозревала Алексия, нашел, чем себя занять до тех пор, пока барышни не спустятся.
Завтрак, который им подали, оказался вполне приличным, особенно для находящегося в такой глуши замка. Тут было мясное ассорти из холодной свинины, оленины и вальдшнепов; консервированные креветки; жареные грибы; нарезанная ломтями груша; вареные яйца и тосты, а еще разнообразные фруктовые варенья. Леди Маккон положила себе еды и уселась поудобнее, чтобы отдать завтраку должное.
Леди Кингэйр, которая ела пустую кашу с кусочком тоста, многозначительно посмотрела на наполненную с горкой тарелку гостьи. Однако Алексия, которая в жизни не допускала, чтобы чье-то мнение отравляло ей удовольствие, особенно если дело касалось еды, знай себе жевала с довольным видом, да еще и причмокивала.
Глядя на такое паясничанье, ее муж покачал головой, хоть и был не в том положении, чтобы кого-то критиковать, ведь в его тарелке громоздилась гора еды в два раза выше, чем в тарелке Алексии.
— Если ты снова станешь человеком, — сказала после паузы леди Маккон, — то скоро растолстеешь от такого количества еды.
— Придется, как ни омерзительно, заняться каким-нибудь видом спорта.
— Можно ездить на охоту, — предложила Алексия. — Со всякими там ату и улюлю.
Оборотни, как правило, не большие любители верховой езды. Очень немногие лошади соглашаются, чтобы на них сидел волк, даже если он временно выглядит человеком. Обычно максимум, на что оборотни способны, это править упряжкой. Но в волчьей ипостаси они бегают быстрее лошадей, поэтому не слишком огорчаются подобным положением вещей, за исключением, конечно, тех, кто до метаморфозы любил верховую езду. Лорд Маккон не принадлежал к их числу.
