И все же героическая атака Пикетта стала началом конца. Ли проиграл: он не смог вторгнуться на Север и отлично все понимал. Юг потерпел поражение. В конце битвы окровавленные солдаты Конфедерации начали отступать с поля боя. Оставшись абсолютно один, Ли поспешил поприветствовать их с величественным самоосуждением: «Все это — моя вина. Только я виноват в том, что мы проиграли эту битву».
Ночью 4 июля Юг начал полномасштабное отступление. Шли проливные дожди, и к тому времени, когда они достигли Потомака, воды были слишком бурными, перейти было невозможно. Ли оказался в ловушке: неспокойная река спереди и победоносные вражеские войска сзади. Казалось, Мид может делать с ним все, что хочет.
Президент был воодушевлен: он был уверен, что союзные войска окружат противника со всех сторон, разгромят их и поставят триумфальную жирную точку в этой войне. И наверняка, если бы там был Грант, все так бы и произошло. Но нерешительный и академичный Мид был далек от взрывного Гранта. На протяжении целой недели Линкольн постоянно требовал и приказывал ему атаковать, но Мид был слишком осторожен и застенчив и попросту не хотел воевать. Он постоянно колебался, отправлял телеграммы с извинениями, собирал военные советы, вместо того чтобы выполнять приказ. И так до тех пор, пока воды реки отступили, и армия Ли смогла спастись.
Президент был в ярости: «Что это значит? Что это значит? Они были у нас под носом, и надо было просто протянуть руки, чтобы их поймать, но ничего из того, что я мог видеть и делать, не смогло двинуть армию вперед. В этой ситуации любой генерал мог разгромить Ли. Если бы я сам туда пошел, то мог бы собственноручно его застрелить».
В глубоком разочаровании он сел и написал Миду письмо, в котором говорилось:
«Мой дорогой генерал, я не уверен, что вы осознаете значимость ошибки, связанной со спасением Ли. Он был буквально у нас под носом, и, учитывая наши последние успехи, надо было просто напасть на него и закончить войну. А теперь война может продолжаться до бесконечности. Если вы не смогли с успехом атаковать его в прошлый понедельник, то как это возможно южнее реки? Ведь вы можете взять с собой немногим более две трети тех сил, что есть у вас сейчас. Необоснованно ждать, что вы можете достичь отныне большего успеха, и я сам этого не жду. Вашу золотую возможность вы упустили, и я безгранично разочарован этим».
Прочитав письмо, Линкольн посмотрел в окно и задумался с застывшими глазами, наверняка сказав сам себе: «Если бы я сам был на месте Мида, с его темпераментом и советами его робких офицеров, если бы, как и он, не спал так много ночей и видел так много крови, то, может быть, я и сам упустил бы Ли». В итоге письмо не было отправлено, и Мид так и не узнал о нем его. Оно было найдено в документах Линкольна после его смерти.
