Однако это была только малая доля преимуществ, полученных Мао от японо-китайской войны, которая длилась восемь лет и унесла жизни около 20 миллионов китайцев. После ее окончания государство Чан Кайши было крайне ослаблено, и под контролем Мао оказалась огромная армия численностью 1,3 миллиона человек. В начале войны соотношение армии Чан Кайши к армии Мао было 60:1, а в конце войны — 3:1.
С началом войны между Китаем и Японией Сталин призвал китайскую Красную армию принимать активное участие в военных действиях, недвусмысленно приказав КПК сотрудничать с националистами и не давать Чан Кайши ни малейшего повода уклониться от войны с Японией.
В то время численность регулярных войск Красной армии составляла около 60 тысяч человек. Из них 46 тысяч базировались в северо-западном регионе с центром в Яньане. Теперь они были переименованы в 8-ю полевую армию (8ПА) под командованием Чжу Дэ, заместителем которого был Пэн Дэхуай. Еще 10 тысяч солдат находились в восточной долине реки Янцзы, в самом сердце Китая. Это были партизаны, оставшиеся там после завершения Великого похода и теперь ставшие Новой 4-й армией (Н4А). Ее возглавил командующий этой армией Сян Ин (давний противник Мао, активно выступавший против его участия в Великом походе).
С конца августа 1937 года три дивизии, входившие в состав 8ПА, начали переход через реку Хуанхэ в сторону фронта, который находился в нескольких сотнях километров к востоку, в провинции Шаньси. Командующие Красной армией и солдаты рвались в бой с японцами. Так же были настроены и большинство лидеров КПК.
Но только не Мао. Он не считал японо-китайскую войну конфликтом, в котором все китайцы должны сражаться против Японии. Он не представлял себя на стороне Чан Кайши. Годы спустя своим приближенным Мао признался, что считал эту войну трехсторонней. «Чан, Япония и мы — три царства», — сказал он, намекая на период в истории Китая, получивший название «Три Воюющие Царства». Война ему давала возможность с помощью японцев уничтожить Чан Кайши. Впоследствии Мао неоднократно благодарил японцев за «руку помощи». Когда после войны японские гости просили у него прощения за то, что Япония напала на Китай, Мао ответил: «Я бы предпочел поблагодарить японских военачальников». Если бы они не захватили большую часть Китая, «мы по-прежнему сидели бы в горах». Мао говорил совершенно серьезно.
У Мао не было стратегии изгнания японцев из Китая без помощи Чан Кайши. Он и мечтать не мог о том, что КПК справится с японской армией, как только Чан будет разгромлен. Ему оставалось уповать на Сталина. В интервью, которое он дал Эдгару Сноу в 1936 году, Мао отчетливо заявил, что Советская Россия «не может игнорировать события на Дальнем Востоке. Она не может оставаться безучастным наблюдателем. Неужели она будет бесстрастно взирать на то, как японцы захватят весь Китай, сделав его плацдармом для нападения на СССР? Или же Россия окажет помощь китайскому народу? Мы думаем, что она изберет второе».
Основным планом Мао было сохранить свои силы и расширить территории, захваченные красными, одновременно ожидая помощи от Сталина. Поэтому, когда японцы стали внедряться в глубь страны из северных районов и Шанхая, Мао убедил Чан Кайши, что Красная армия не должна принимать участие в боях и действовать лишь как вспомогательная сила при правительственных войсках. Мао вообще не хотел, чтобы красные сражались с захватчиками. Он приказал красным командирам ждать, пока японцы разобьют националистов, а потом захватывать территории, покинутые врагом. Японцы не в состоянии удерживать просторы Китая, который был намного больше Японии. Они могут только контролировать железные дороги и крупные города, оставив мелкие населенные пункты и сельскую местность на разграбление. Мао приказал своим людям окружать разбитые войска националистов, чтобы расширять свою территорию. Для этого он собирался идти за японцами по пятам.
Мао забрасывал командиров телеграммами следующего содержания: «Сосредоточиться на создании баз, а не не битвах…» Когда японцы вошли в провинцию Шаньси, Мао приказал: «Захватить всю провинцию Шаньси». Годы спустя он говорил, что руководствовался следующим правилом: «Чем больше территории захватили японцы, тем лучше».
