Конечно, Рон играл потрясающе. Казалось, что никто никогда не сможет забить ему, даже команда Гриффиндора. Каждое спасение, которое он делал, только укрепляло его уверенность в себе, и грубая песенка Малфоя быстро заглушалась гриффиндорским присвоением мелодии. Уизли — наш король! О, Мерлин, Гермиона могла только вообразить, как это ударит ему в голову, но она была готова позволить ему наслаждаться моментом, пока он не станет слишком несносным.
Она поспешила обратно в общий зал вместе с остальными восторженными фанатами Гриффиндора, зная, что бессмысленно пытаться разыскать Гарри и Рона в раздевалках. Она вряд ли поймает их до того, как они доберутся туда, и хотела дать команде возможность отпраздновать это событие вместе. В конце концов, все играли великолепно, не только Рон.
Вернувшись в гостиную, Гермиона задумалась, как Рон будет себя чувствовать утром. В конце концов, он же не может пить житкую удачу перед каждым матчем по квиддичу, не так ли? Это было слишком дорого, и даже мысль о том, чтобы попытаться сварить его, отталкивала ее. Не то чтобы она не сделает это для него, если он попросит. Она просто надеялась, что теперь, когда у него была такая возможность, он будет более уверен в себе перед следующей игрой.
Вечеринка в гриффиндорской башне была в самом разгаре, и Гермиона без труда разглядела сливочное пиво и даже несколько бутылок огневиски. Несмотря на то, что она была префектом, она была в таком хорошем настроении, что даже она могла пропустить это нарушение правил один раз. Взяв предложенное Симусом сливочное пиво, она сделала быстрый глоток, надеясь, что ее друзья скоро появятся.
Когда квиддичная команда наконец-то добралась до общей комнаты, Рон сидел на плечах Джимми и Ричи, загонщиков, и все были шумными и счастливыми. Общая комната взорвалась криком, когда Рона вынесли в центр комнаты, явно чувствуя себя королем. Гермиона попыталась добраться до него, но не смогла пройти мимо всех остальных людей. Она не смогла сдержать улыбку, когда увидела, как он реагирует на толпу.
Прикусив нижнюю губу, Гермиона с удивлением почувствовала руку на своей спине. Обернувшись, она увидела, что это Гарри.
— Он очень хорошо справился, — сказала она с усмешкой. — Но как ты убедишь его в следующий раз? — спросила она, чувствуя, как закрадывается сомнение.
Гарри ухмыльнулся ей, прежде чем вытащить из кармана маленький пузырек с мерцающей золотой жидкостью.
— Это все он, — торжествующе сказал он.
— Серьезно? Ты действительно ничего не давал ему? — спросила она, сразу же почувствовав себя плохо из-за того, что не верила, что у её друга может быть врожденный талант. Рон только что сказал: Мне так повезло. — Он просто верил, что не может потерпеть неудачу, вот и не ошибся, — сказала она, и на ее щеках заиграл румянец сомнения.
Гарри пожал плечами, прежде чем кивнуть.
— Я знал, что он сможет. Ему просто нужна была большая доза уверенности, — объяснил он.
Прежде чем они успели продолжить разговор, по комнате прокатился громкий крик. Обернувшись, Гермиона увидела, что Рон стоит рядом с Лавандой Браун, ее руки обвились вокруг его шеи, когда он крепко поцеловал ее перед всем общим залом, в то время как все радостно кричали. Гермиона почувствовала себя так, словно ее ударили в живот, и ее хорошее настроение мгновенно испарилось.
Гермиона оторвала взгляд от влюбленной парочки — Рон запустил руки в длинные светлые волосы Лаванды, чтобы притянуть ее ближе к себе, — и тут же направилась вверх по лестнице в свою комнату в общежитии, ускользнув от Гарри. Руки уверенно рылись в ее сундуке в поисках тщательно охраняемой коробки, которая была подарком Рона. Ее тело немного дрожало от непролитых слез, когда она пыталась думать о том, что теперь делать с этим невероятно личным подарком.
Очевидно, было бы неправильно делать ему такой подарок, если бы Рону нравилась Лаванда. Вытирая пелену слезы, которые размывали пространство, Гермиона вытащила записку, прежде чем сжечь её в огне, наблюдая в агонии, как она превращается в пепел, точно так же, как ее отношения с Роном. Ее пальцы осторожно погладили мягкую кожу перчаток, зная, что это действительно превосходные перчатки. Она не могла отдать их Гарри, потому что это были неподходящие перчатки для искателя, и она не могла отдать их Джинни, потому что они были бы слишком большими.
Ее мысли вернулись к тому, как Флинт говорил о том, какие это замечательные перчатки. Его лицо просветлело, когда он объяснил, какой тип шва используется и как он улучшает сцепление. Ее сердце дрогнуло, когда она поняла, что лучше всего отдать перчатки самому Маркусу Флинту. Он, несомненно, оценил бы еще одну пару перчаток, будучи профессиональным игроком и все такое. Кроме того, она была уверена, что он примет подарок без вопросов, зная, какова была их первоначальная цель.
Вытащив чистый лист пергамента, она быстро нацарапала ему записку.
Флинт — все еще казалось неправильным называть его иначе, чем по фамилии, несмотря на дружеское подшучивание, — Рональд не оценил их. Надеюсь ты найдёшь им применение. Гермиона.
