После окончания второй мировой войны князь сочтет уместным поведать миру высоким стилем о своем мнимом сопротивлении гитлеровскому варварству. Он заявляет: от большинства народа не следует требовать мученических жертв в борьбе против тирании[178]. Представитель рода, который в течение столетий вплоть до наших дней был на стороне тиранов и с их помощью добился богатства и власти, выставляет напоказ благородный пессимизм: от народа ждать нечего; это мы, немногие избранники, должны были нести крест мученичества.
Когда 450 лет тому назад немецкие крестьяне поднялись против тиранов, Фуггеры им уготовили судьбу мучеников. А когда немецкие рабочие в двадцатые, тридцатые и сороковые годы, проливая кровь, лишаясь свободы, вели борьбу против фашистских преступников, Фуггеры отсиживались в своих красивых (отдадим должное их вкусу) замках в Оберкирхе близ Ульма, в Швабском Кирхгейме, в Велленбурге и Бабенхаузене. Они не работали, но много зарабатывали, пировали и даже не делали вида, будто борются с фашизмом, а действовали заодно с ним. Теперь же, высоко подняв брови и надув губы, они отваживаются свысока смотреть на народ, публично пороча и оскорбляя его. Таковы нравы в Федеративной Республике…
Для того чтобы, несмотря на нацистские и военные преступления, ответственность за которые несет господствующий класс, сохранить неизменной прежнюю структуру общества, надо было над головами хотя бы некоторых представителей этого класса создать ореол мучеников нацистской диктатуры. Аденауэр, Герстенмайер и Франц Йозеф Штраус позаботились, что вопреки истине князь Фуггер характеризуется ныне в различных справочниках, изданных в Федеративной Республике, как активный «борец сопротивления» и как член кружка Крейсау[179].
Приговоренный позднее к смертной казни как военный преступник обергруппенфюрер СС и руководитель гитлеровской имперской службы безопасности Кальтенбруннер сообщал 15 сентября 1944 г. в письме «серому кардиналу» Гитлера, рейхслейтеру Мартину Борману о том, как Фуггер выдал на следствии подполковника Штельцера. Далее он писал: «фуггер признает, что «это дело [т. е. планы устранения Гитлера. — А. H.] ему было не по душе». Отправной точкой всех совещаний, говорил Фуггер, было явное пораженчество, и он без обиняков признал, что все обсуждавшиеся планы носили характер государственной измены»[180].
Князь Фуггер был за разгром Гитлером рабочего движения, за концлагеря и за вершившиеся там массовые убийства немецких антифашистов, евреев и славян. Единственное, чем «его не устраивал национал–социализм», это «сильным централизмом». Истинный баварский партикулярист, он ратовал за «федерализм прошлых времен»[181]. Лишь это не нравилось ему в нацистской диктатуре; в остальном же он был с ней согласен.
Он не только не был борцом Сопротивления — он был активным агентом нацистской диктатуры. Имеется снабженный грифом «секретно» документ руководителя имперской службы безопасности СС от 24 мая 1940 г., касающийся деятельности «членов бывших княжеских домов». В 11–м пункте этого документа записано: «В распоряжении службы контрразведки верховного командования вооруженных сил Германии или рейхсфюрера СС Фуггер Йозеф Эрнст фон Глётт, землевладелец, родился 26 октября 1895 г. в Кирхгейме»[182].
Таким образом, князь Фуггер фон Глётт работал на Гиммлера или на разведку верховного командования вермахта. Об этом, однако, скромно умалчивают его друзья и биографы, украсившие его голову лаврами активного борца движения Сопротивления. Таковым он не был и не желал быть.
При внимательном рассмотрении оказывается, что это относится не только к патриарху различных ветвей рода Фуггеров. На стороне нацистов была и служила им вся его родня. Двоюродный брат князя, граф Йозеф Карл Фуггер фон Глётт, был активным членом нацистской партии уже до прихода Гитлера к власти. Еще до 1938 г. он носил полученное в награду от Гиммлера «почетное кольцо рейхсфюрера СС», то есть являлся одним из самых старых по стажу членов этой организации головорезов, имея номер 71 044.
Кроме того, он был членом снискавшей себе недобрую славу расистской организации СС «Лебенсборн»[183].
