Она так и застыла, не донеся слойку до рта. Если честно, за время разговора ей так и не удалось ни разу попробовать выбранную для перекуса вкусняшку.
— Ну… это как будто бы я не могу её обеспечить.
Илега задумалась. Не то, чтобы она была согласна с подобной точкой зрения, но легко могла её понять. Легко было сложить бедное детство Гало, проблемы, с которыми ему пришлось столкнуться на пути, и ту зависимость его успеха от личной силы. Молодой человек отчаянно нуждался в лишних подтверждениях своих достижений: а поскольку хвастаться он не привык, а поведением был весьма скромен, то и слышал от других похвалу не так часто, как того, на самом деле заслуживал.
Девушка аккуратно двинулась вдоль стола. Бочком-бочком. Пока не оказалась рядышком с этим большим, сильным… но таким уязвимым некромагом.
— А я не ради денег работать собираюсь. Мне просто хочется стать частью чего-то большего. Помочь госпоже стать легендой, например. Я ведь совсем-совсем не собиралась заниматься ничем, связанным с магией до недавнего времени. Я просто… ощутила, что нужна Броне, именно как оружейник. Мне показалось неправильным иметь навыки и ничего не сделать для своей elsis.
— Во-о-от, — усмехнулся громила. С какой-то лёгкой горчинкой в голосе. — Ты снова восхваляешь свою нынешнюю девушку.
— А говорил, что слишком горд, чтобы ревновать меня к другой, — ехидно напомнила ему Илега.
— А я и не ревную, — возмутился Гало. — Просто странно это. Непривычно. Хотя, знаешь… наверное, это, всё-таки, ревность. Но не обычная. Не та, о которой мы говорили раньше. То есть, я не воспринимаю Броню, как соперницу. Просто… бывает же, что люди ревнуют других к увлечениям, верно? К хобби, и даже к детям?
— Это может стать проблемой? — изогнула бровь попаданка.
— Нет. Не думаю, — некромаг задумчиво укусил сардельку и начал работать челюстями, глядя в пространство перед собой пустым взглядом.
— Думаешь, — хитро прищурилась Илега. — Думаешь-думаешь. Потому и сомневаешься. Это всё потому, что свадьбу с Дарком предложили ей, а не тебе?
Бедолага от подобного предположения поперхнулся. И выглядело это столь хтонически забавно, что девушка не могла не рассмеяться. Так и хохотала она, прикрыв рот ладошкой, пока её спутник от души дубасил себя кулаком по груди.
— Руки вверх подними и прокашляйся, — посоветовала оружейница, едва смогла произнести что-то более-менее внятное.
— Нет, я лучше некромагией, — буркнул Гало слегка хрипловатым голосом. — Это выглядит не так нелепо.
— Но зато поднятые ручки работают, — капризно надулась попаданка. — Не все же колдовать умеют.
— Как и не все готовы выйти за Дарка, — пробухтел громила. — О, Семеро, ну и предположение…
— Знаешь, что всегда говорила моя мама? Не из прошлой жизни, а из этой?
— Конечно же, нет, — повёл плечами Гало. — Откуда?
— Она говорила, что любая зависть и ревность рождаются из попыток соревноваться в вещах, для которых ты не предназначен. Тебе не дано стать таким же, как Броня. Но ты, на самом деле, этого и не хочешь, верно? Тогда зачем завидовать атрибутам победы в борьбе, в которой ты даже не собираешься участвовать?
— Ты точно учишься на учительницу, а не на психолога? — прищурился некромаг.
— А что, помогает? — во все тридцать два зуба довольно улыбнулась девушка.
— По крайней мере теперь я не могу с чистой совестью возмущаться тем, сколько внимания ты уделяешь своей зазнобе, — усмехнулся Гало. — Вместо этого начинаю задумываться над вопросом, как бы эффективней использовать те свои сильные стороны, что должны меня особо высоко поднять над толпой.
— Ну… в этом суть работы оружейницы, — развела руками попаданка. — Помочь воину раскрыться в полной мере.
— Вот только я, на самом деле, не стал сильнее, — поднял бровь молодой человек. — Ведь все эти измышления лишь подталкивают меня заниматься тем же, чем я и занимался до этого.
— Но ты ведь больше не тратишь время на зависть, — подмигнула Илега. — Я имею в виду, на бессмысленную зависть. На ту, что говорит “всё тлен, и что твои успехи от тебя не зависят”. Подобные измышления подталкивают нас опустить руки, отказаться от борьбы и просто плыть по течению, недовольно огрызаясь на тех, кто добился большего.
— Ладно-ладно… хватит дидактики, — перебил девушку уже проглотивший свою порцию угощения Гало. Он всё ещё активно двигал челюстями, пережёвывая последние куски, однако его речь оставалась весьма внятной. — Ты свою плюшку вообще есть будешь?
— Ам! — лучшим ответом на этот вопрос были хитрый, с прищуром, взгляд васильковых глаз, да укус, оставивший на боку слойки зияющую рану.
1.
Жаки чувствовала себя ужасно неуютно.
Хотя, казалось бы, она должна быть просто счастлива, что у неё появилась возможность повлиять на судьбу рода Кюсо, последние недели пребывающего в крайне неопределённом статусе. Старые покровители не просто пали, но пали с грохотом, который было слышно далеко за пределами Богемии. Сковронские оскандалились на всю Европу, если не на всю Форгерию.
