— Не всех, — пояснил Евдоким. — Но это лишь начало. Есть там такой… виконт Краузе. Полагаю, вам известно это имя.
Вот так поворот! Получается, кто-то натравил Орден на меня, а тот взял и распотрошил змеиное гнездо. Признаться, после такого заявления я ещё больше зауважал эту организацию. Но всё же от вопросов я не удержался.
— А разве это входит в вашу юрисдикцию?
Флавий прищурился, выдав менторским голосом.
— Всё, что может навредить целостности Империи, так или иначе оказывается в поле нашего зрения. Вы же понимаете, юный граф, есть вещи пострашнее порождений разломов или еретиков «Чёрного лотоса», — на этом грандмастер поджал губы и самозабвенно посмотрел вдаль. — Например, подобные заговоры или сговоры, что были против вас.
Не убавить, не прибавить. Старик прав по всем фронтам.
— Так вот, — вступил Евдоким. — Ваши безобидные порождения сыграли во всём этом не последнюю роль. Они дали нам «травиночку», а уж «заросли» мы отыскали сами.
С этими словами Евдоким положил руку на плечо сидящему на грубом табурете Сидельникову. Тот замер, словно к нему применили заклинание оцепенения.
— Этот человек был уличён в заговоре против вверенных же ему земель. Он работал на Новосибирское княжество.
— Ну надо же! А я-то все гадал, — пробубнил Казанцев.
В каком смысле «вверенных»? Вроде как Совет образовался сам, для защиты оставшихся без опеки людей.
— Вижу, мои слова стали для вас новостью? — синюшные губы Евдокима расплылись в улыбке. — Вы не ослышались. Император взял эти земли под своё крыло, а вот такие вот… скажите, граф, вам о чём либо говорит фамилия Шувалов? Вот, посмотрите на фотографию.
Евдоким протянул мне карточку, на которой был запечатлен пожилой мужчина в неприлично дорогом камзоле.
Да быть такого не может!
— Миша, Егор, — не поворачиваясь бросил я. — Приведите-ка сюда того жирдяя, и оружие его тоже прихватите.
— Будет сделано, ваша светлость.
Через минуту к нам подвели красного от злости старикана, который то и дело пытался укусить за руки своих конвоиров. Когда его усадили на стул рядом с Сидельниковым, я поднёс к его лицу фотографию, и сразу же передал её обратно Евдокиму.
— Его оружие, ваша светлость, на нём именная надпись, — вставил Краснов.
— Прочти.
— «Его светлость, граф Евгений Аргентович Шувалов», вот же сучий…
— Ну что ж, — грандмастер Флавий покачал головой. — Думаю, комментарии здесь излишни. Надеюсь, вы не против, если мы заберём графа Шувалова с собой? Он должен понести ответственность за свои действия.
— Подождите, подождите! — я вышел вперёд и взгляды абсолютно всех устремились на меня.
Эх, последний раз я собирал такое внимание, когда одномоментно обратил в нежить армию непокорившегося вольного города. Тогда мне пришлось использовать все проклятья, что плескались в моей крови. Сейчас же я хотел просто справедливости, но кровь во мне буквально кипела от негодования.
— Граф Шувалов — мой пленник! И мне решать, что с ним будет. Разве я не имею на это право, как победившая сторона?
После такого заявления взгляды переместились на грандмастера Флавия, хоть он и продолжал хранить молчание.
Краем глаза я заметил, как подобрались мои люди. Каждый из них был готов отстаивать мою позицию, пусть не с каждым я был знаком лично.
Паладины тоже зашевелились. Кто-то даже активировал оружие, но Флавий вдруг поднял руку, посмотрев на Евдокима и покачав головой.
Наступила тяжёлая пауза, которую неожиданно нарушила курица, всё ещё сидевшая на коньке крыши. Она начала кудахтать, как петух, поворачиваясь во все стороны.
Совсем позабыл снять это нелепое создание с крыши, ну да ладно, пусть сидит, всё равно уже все привыкли.
— Я не договорил, граф Пугачёв, — продолжил настоятель Флавий. — В моём распоряжении имеются сведения, согласно которым вы планируете отделиться и основать независимое княжество. Это правда?
Вот же жук! И про это вынюхал.
Я почувствовал, как самопроизвольно заскрипели зубы. Сейчас решалась судьба моего детища и я не имею права его потерять.
— К моему сожалению я ношу титул графа, так что, ваши осведомители ввели вас в заблуждение.
— Ещё мне стало известно о подготовке к референдуму. Уж не знаю, насколько это правда, но спросить я обязан, — продолжал Флавий, — и то, что вы возвели часть своих подданных в ранг свободных людей. Это тоже правда?
— От вас ничего не утаишь, грандмастер Флавий, — я взглянул на Казанцева. Тот сидел белее мела. Да, сейчас рушатся все наши планы. — Всё, что вы сказали — абсолютная правда.
Флавий на мгновение взял паузу, по-видимому наслаждаясь ситуацией, а потом вдруг поднял руку, привлекая внимание каждого.
— Я не могу не воспользоваться вверенными мне полномочиями, а потому от лица императора заявляю, что одобряю эту инициативу. От себя лично добавлю… я намерен присутствовать при этом историческом моменте, и всячески буду способствовать этому.
А вот тут даже у меня чуть не отвалилась челюсть.
