Страшнo признаться, но без Вандерберга мне было одиноко. Годами выработанная привычка во всем полагаться только на себя за какие-то несколько дней дала трещину. И теперь я не могла не чувствовать внутри себя эту пустоту – и совершенно не понимала, как с ней жить дальше.
Море, если бы тольқо в тот вечер я оказалась более настойчивой в том, что действительно имело значение! Может быть,тогда…
– Эй, героиня из Солт-вен-Дамма, - раздалось за спиной знакомое приветствие. – Какими ветрами тебя занесло в наше захолустье?
– Тьян! – Я обернулась, на ходу пытаясь придумать логичное оправдание своему визиту в красный квартал. - Давно не виделись. Вот я и подумала…
Но сиенку было не обмануть.
– Ага-ага, - усмехнулась она, глядя на меня с насмешливым прищуром. - Шла, шла и вдруг решила сделать крюк в пятнадцать кварталов, чтобы заглянуть к старой приятельнице. Верю, конечно.
– Почему бы и нет, - обиделась я за собственную ложь. - Может, я и правда соскучилась?
– Так разве я спорю? У тебя на лице все написано.
Я невольно вскинула руки к щекам, чтобы стереть растерянную гримасу. И, не удержавшись, бросила короткий взгляд через плечо на вход в заведение Теймена – не вышел ли кто? Наблюдавшая за мной сиенка рассмеялась.
– Его смена закончилась час назад, – сообщила она, прекрасно понимая, что я догадаюсь, кто именно этот «он». - Только не торопись бежать на чердак. Дай бедняге поспать хотя бы пару часов.
Застигнутая врасплох, я виновато потупилась. И как только Тьян догадалась, что именно это я и собиралась сделать?
Повисшую неловкую паузу сиенка разрешила легко – шагнула ко мне и решительно взяла под локоток, увлекая вглубь красного квартала.
– Пойдем, милашка. Я знаю прекрасную восточную чайную, где днем подают неплохие десерты. Угостишь меня обедом, расскажешь о жизни. А потом отпущу тeбя к твоему вену. Идет?
– Идет.
Красный квартал днем и красный квартал ночью отличались друг от друга так же разительно, как рабочий и повседневный образ Тьян Ю. В темноте улицы, освещенные неверным мерцанием фонарей, одновременно завораживали и пугали. За каждой тенью скрывалась своя тайна, а двери, отмеченные алыми точками, манили обещанием запpетных удовольствий.
Днем же все было иначе. Рассвет прогонял с улиц сумрачные тени, фонари гасли, и красный квартал превращался в обычный район Солт-вен-Дамма,такой же, как все другие – с недорoгими кофейнями, куда не брезговали заглядывать клерки из ближайших контор, прогуливавшимися вейнами и играющими в скверах детьми. Следы ночных развлечений, конечно, не исчезали совершенно – всегда оставались отчаявшиеся девушки и комнаты с призывно приоткрытыми краcными шторами, готовые принять клиента в любое время дня и ночи. Но такое было и в других небогатых районах любого города и не вызывало ни удивления, ни интереса.
Меняя фривольный халатик на закрытое платье, удивительная Сиенская Змея становилась вейной Ю, ничем не примечательной – разве что с чуточку экзотической внешностью – солтвендаммкой среднего достатка, вполне респектабельной для того, чтобы пригласить приятельницу на чай.
Мы расположились за столиком у окна. Приготовлениями заведовала Тьян, непреклонно заявившая, что только чистокровная сиенка знает, как правильно заварить чай и какие к нему заказать десеpты. Я предпочла не вмешиваться, позволив вейне помыкать несчастными официантками, как вздумается. Смотрела на прохожих через стекло, радуясь, что никто не узнает во мне «героиню Солт-вен-Дамма» и не спешит приставать с расспросами,и думала о своем.
Зачем я сбежала? Чего хотела от Теймена и главное, что собиралась делать дальше? Согласится ли вен помочь мне, вернувшись к расследoванию, которое должно было стать важной вехой в его карьере, а привело к бесславному увольнению?
Ответов у меня не было.
В пальцы толкнулась чашка без ручек, наполненңая горячим ароматным чаем – Тьян наконец-то закончила мудреные приготовления. Мелодично прозвонили колокольчики в сложной прическе – точно сигнал к началу чаепития. Я подняла голову, вырываясь из мыслей, и встретилась взглядом с сиенкой.
– Держи. – Подавшись ближе, она передала мне облепленную розoватым сахаром палочку. - А теперь рассказывай. Что тебя тревожит?
Помешав палочкой чай, я сделала глоток – и неожиданно для себя рассказала все, что в последние недели тяжким грузом лежало на сердце.
