Маг «отзеркалил» жест и отметил про себя, что хозяин дома обладает довольно сильными, для пожилого человека, руками. Сразу после этого он поклонился, склонив голову, матери дома и ее матери, адресовав жест, за незнанием правильного порядка, обеим женщинам сразу, благо, рядом сидят, затем обменялся рукопожатиями с братом Марго, Ильей, и уже знакомым ему Сергеем. Странно, что здесь хозяева встают навстречу гостю, но надо будет иметь это в виду. После он поприветствовал полупоклоном младшую дочь дома и избранницу Ильи, и на этом процедура знакомства закончилась, все уселись за стол снова, Илья кивнул магу на стул рядом с собой, Марго села напротив.
Практически сразу Тирр оказался перед новой проблемой: Николай Михайлович – ох и зубодробительные же имена у этих людей! – обращался к нему во множественном числе, а Илья – почему-то в единственном. Однако он выкрутился, решив отзеркаливать обращение, и убедился, что поступил правильно: Сергей делал точно так же, обращаясь на «ты» только к своим ровесникам. Его статус здесь, по идее, такой же, как у Тирра: спутник дочери дома и гость. Посему маг решил повторять и его манеру общения, и действия за столом.
А стол оказался весьма и весьма хорош: похлебка с пряным запахом, вино, множество салатов и закусок, а также несколько блюд, намазанных или уложенных на тонкие кусочки хлеба.
– Пробуйте пальчики, – радушно предложила ему мать Марго, Светлана Васильевна.
Тирр отчаянно попытался сохранить неподвижное лицо, но, видимо, легкий перекос все же произошел, так как Марго сразу же вмешалась:
– Это название такое. Крученики по-другому. Только вынимай
Тут появилась кухарка с крупной фаршированной рыбой на блюде, и маг получил небольшую отсрочку перед тем, как на него посыплются вопросы. Лишь бы Марго не дремала.
Вопреки ожиданию, ничего не посыпалось, хотя Тирр отметил повышенный интерес к своей персоне со стороны родителей Марго, ее брата и сестры. Мать матери, хрупкую старушку, больше заботило, хорошо ли кухарка приготовила блюда, подруга Ильи болтала о непонятных вещах с Лилей, сестрой Марго. Лиля, правда, поглядывает на мага несколько неодобрительно: видимо, знает об инциденте и задета тем, что ее собственный избранник был окунут в лужу избранником сестры. Соперничество между сестрами и людям не чуждо. Сам же Сергей делает вид, что вообще не замечает Тирра. Минус одна проблема, по крайней мере в данный момент.
Желудок, уместив в себя порцию горячей, непривычной на вкус, но вполне съедобной похлебки, в которой плавали белые кубики неправильной формы, оранжевые кружочки, какое-то белесое зерно и кусочки мяса, приятно отяжелел. С того момента, как маг очутился в этом мире, он питался чем попало, и жидкая пища оказалась очень приятным разнообразием. Надо будет научиться готовить похлебку самому, так как собственные слуги ему пока что, скорее всего, не светят.
Поглощая различные деликатесы, маг внимательно прислушивался к разговору отца семейства, пытаясь выловить крупицы полезной для себя информации, но Николай Михайлович говорил о чем угодно, кроме своих служебных и научных дел, и Тирр силился понять, то ли он не желает обсуждать серьезные вопросы в присутствии чужих, что весьма вероятно, то ли у людей вообще такое странное обыкновение: во время трапезы молоть языками впустую.
Примерно через четверть часа хозяин дома отлучился из-за стола со словами:
– Итак, сейчас будет гвоздь
– Гвоздь чего? – одними губами спросил Тирр у Марго и тут же спохватился, что он ведь иностранец, и тонкостей языка ему позволительно не знать.
– Это выражение такое, – пояснила девушка, – в данном случае подразумевается главное блюдо.
– Ясно, – кивнул он.
– А ты неплохо по-русски гутаришь, – заметил Илья, повернув лицо к магу, – давно язык выучил?
– Месяц назад не знал ни слова по-русски, – ответил Тирр.
– А говоришь почти без акцента. Даже не верится.
– Произнеси быстро любую бессмысленную околесицу, – предложил маг.
Илья на секунду задумался, потом выдал скороговоркой:
– Явольбильйонфагготканальягеррмайорпятьсотсемьсотстопятьшестьсот!
– Явольбильйонфагготканальягеррмайорпятьсотсемьсотстопятьшестьсот, – повторил маг, скопировав при этом интонацию собеседника.
– Да уж, слуховая память хоть куда, – одобрил Илья, – я вот даже сам не запомнил, что сказал.
Краем глаза Тирр заметил хитрую ухмылку на лице Сергея и понял, что стоит ожидать пакости. Так и вышло.
– Давай я попробую, – предложил тот и выпалил: – Надворетраванатраведрова!
– Надворетраванатраведрова, – повторил маг, подумав, что читал заклинания и посложнее.
Недруг скорчил кислую мину и попытался уравнять счет:
– Ты ведь знал эту скороговорку, не так ли?
– Первый раз услышал, – ровно ответил Тирр.
