Девушка улыбнулась:
– Я знала, что могу на тебя рассчитывать. Ладно, давай пойдем обратно в дом, там еще десерт будет.
Маг искоса взглянул в сторону комнаты на сидящих за столом людей:
– Будет не очень здорово, если меня попытаются втянуть в разговор. Признаться, я слова-то не все понимаю, а смысл временами и вовсе ускользает.
– Если будут задавать сложные вопросы – я тебе подскажу. К слову, ты неплохо выкрутился, копируя манеры и действия Сергея. Я ведь совсем упустила из виду, что правила поведения в гостях у вас наверняка отличаются, и вспомнила об этом, только когда представляла тебя. Боялась, что может и конфуз получиться.
– Ах, если б я за столом только конфуза мог опасаться, – криво улыбнулся Тирр, – как-то раз, когда я имел честь разделить трапезу с матерью и сестрами, я вызвал недовольство сестры и получил массивным кубком по лицу. Так что я, так сказать, ученый в плане манер.
– Что ж ты сделал-то? – сочувственно спросила Марго.
– Если б знал – было бы не так обидно. Но труд объяснить мне, за что я схлопотал по роже, никто на себя не взял. О, я хотел спросить. Что такое «таблетка»?
– Грубо говоря – маленький кусочек целебного вещества, который глотают. А что?
– Твой отец говорил твоей матери, что принял таблетку. А мне он сразу, с первого взгляда показался каким-то… уставшим.
Девушка кивнула:
– У него сердце пошаливает. А он сегодня принялся люля-кебаб готовить, хотя ему советовали ограничиться
– И отсюда сразу же новый вопрос. Я не хочу ничего обидного сказать, всего лишь пытаюсь уяснить непонятное. Почему, имея кухарку, твой отец сам занимается готовкой? Почему вообще глава дома занимается готовкой, а потом еще и носит блюдо, словно слуга?
– Потому что у нас это не зазорно. Я расскажу тебе историю об одном человеке, чтобы ты лучше понял обычаи и характер людей. Его звали Цинциннат, и он имел репутацию выдающегося лидера и полководца. Однажды его страна попала в беду, и было решено поставить верховным правителем Цинцинната. К нему отправили посланников, и те нашли его в его поместье, работающим в поле наравне с рабами.
– Рабами? – оживился Тирр.
– Дело было больше двух тысяч лет назад, тогда рабство было в порядке вещей. Так вот, Цинцинната пригласили быть верховным правителем. Он согласился, возглавил войско, разбил угрожавших стране врагов, навел порядок в столице, после чего досрочно сложил с себя полномочия и вернулся в свое поместье. Спустя годы в стране началось восстание, и тогда снова вспомнили о Цинциннате. Цинциннат снова получил абсолютную власть, подавил восстание, навел в стране порядок, а потом опять сложил с себя полномочия и вернулся в свое поместье.
Тирр обдумал услышанное и спросил:
– Ты хочешь сказать, что такое поведение для людей – нормально?
– Нет, не совсем нормально, скорее, огромная редкость. Однако подобная простота нравов считается добродетелью. Цинциннат в этом плане – исключение, почему он, собственно, и вошел в историю. Однако я хочу сказать, что не всем людям свойственна жажда власти. И работать своими руками – не стыдно, даже если ты большой вельможа. К тому же у славян, к которым относятся и русские, гостеприимство – национальная черта. Готовить для своих гостей угощение собственными руками – не унизительно. И угощать их лично – не унизительно. Это проявление искреннего радушия… Понимаешь, о чем я?
– Кажется, да, – кивнул маг, – если только я правильно понимаю, что такое «гостеприимство».
– У вас такого слова нет? – догадалась Марго.
– Угу.
– Я так и думала. Тебе будет сложно привыкнуть, потому что у нас многое не так, как у вас. Моя мама в свободное время занимается вязанием. Не потому, что это необходимо, а потому, что многим, и ей в том числе, нравится что-то делать своими руками. Сейчас вернемся – обрати внимание на серый свитер Ильи. Его связала мама. Не самый модный свитер, безусловно. У Ильи достаточно денег, чтобы одеваться в дорогих магазинах, но свитер он носит мамин. Не потому, что он красивее или теплее – а потому, что мама связала.
– Я понимаю, – солгал Тирр.
Вечер, безусловно, удался, подумал он, садясь на свое место за столом, какое-никакое впечатление он уже произвел. Однако что может быть лучше хорошего впечатления? Очень хорошее впечатление. И теперь благодаря подсказке Ильи он имеет отличный план действий. Нет, не отличный – превосходный.
Маг прикинул, на чем возле Николая Михайловича проще всего будет начертать руну, и решил, что бокал подойдет. Мимолетный взгляд в сторону хозяина дома – и на прозрачной стеклянной поверхности искрится и переливается невидимый для других знак. Теперь лишь вопрос времени, когда Николай Михайлович возьмет бокал в руку.
