– Тебе стоило просто вернуться домой, отказавшись от плана. Труп брата сбросил бы в ту самую реку…
– Издеваешься? – фыркнул Тирр. – Сорвать выполнение плана, который готовился матерью двадцать лет?!! Она бы мне скорее убийство всех дочерей простила, чем это. Провал плана – немилость Ллос. Вернуться домой, не выполняя?! Ха… Вторая моя глупость была в том, что я все же вернулся домой. Стоило бежать на поверхность тотчас же. Или в Чед-Насад. Или к последователям Ваэрона… Хотя вряд ли я долго прожил бы наверху.
Марго изменила позу, сев на постели со скрещенными ногами.
– Вот теперь я уже точно ничегошеньки не понимаю, – сказала она, – провал коварного плана жрицы Ллос против другой жрицы Ллос, к тому же более высокого ранга, вызвал гнев богини?! Где логика?!
Тирр засмеялся, подивившись ее редкой наивности.
– Как раз в этом. Как ты думаешь, для чего Паучиха тем щедрее одаривает милостью, чем выше ранг жрицы? Именно для того, чтобы, с одной стороны, желающих сместить было много, а с другой – чтобы сделать это было очень трудно, чтобы только очень сложные и хитрые многоходовые комбинации могли привести к успеху. Ллос развлекается, наблюдая за этой борьбой, и чем хитрее и коварней интриганы – тем сильнее благоволение Ллос. Она очень милостива к тому, кто хорошо ее развлекает, вот и вся логика. Ничего сложного, не так ли?
– Да уж, на редкость добрая богиня, – желчно заметила Марго.
– Угу. И никакого выбора.
– Ну ладно. Я съезжу к тебе домой…
– Зачем?
– Накормлю твоего котенка. А ты пока отдыхай, поправляйся.
– Знаешь, я бы лучше и сам домой отправился. Мне спокойней там. Я за долгие годы уже привык спать за линией обороны из рун и за дверями, которые сами предупредят меня о врагах. Здесь… С одной стороны, забота твоей семьи меня поражает, но я чувствую себя уязвимым. Особенно теперь, когда порастратил все силы.
– Врач тебе прописал покой, – возразила девушка.
– Я в порядке. Ну, почти. А дома у меня есть еще пара зелий на подобные случаи.
Тирр попрощался с матерью и братом Марго, поблагодарив за гостеприимство и заодно удивившись тому, что Светлана Васильевна не желала его отпускать, также ссылаясь на предписание лекаря.
– У меня дома котенок скучает, – оправдался за легкомысленное отношение к авторитету врача маг, вспомнив, что раз кота держат в этом доме, то легко поймут другого кошачьего хозяина.
Когда солнцеглаз Марго выехал за ворота, за ними снова увязался другой автомобиль. Не тот же самый, что накануне, однако поведение осталось прежним: следование на некотором расстоянии. Вот же йоклол по его душу! Кто он такой, хозяин этого автомобиля? Что ему нужно? Вероятно, то же самое, что и незнакомцам, пытавшимся проникнуть в дом.
Тирр вспомнил, что прежний владелец дома имел в подвале тайник и, весьма вероятно, прятался в этом неприметной, полузаброшенной обители. От кого – вопрос хороший. Осталось лишь получить ответ, и он уже придумал, как. Осталось только пару дней отлежаться, избавиться от слабости в конечностях, восстановить силы.
Дома его ждал небольшой сюрприз. Котенок во время отсутствия мага выбрался из комнаты, видимо, Марго, вернув его на место, неплотно прикрыла дверь. И теперь, как только Тирр и девушка вошли в прихожую, котенок примчался откуда-то и уселся прямо перед ними.
– Вот, гляди, он пришел тебя встречать, – улыбнулась Марго, – приятно же, правда?
– Зачем он меня встречает?
– Ну как это зачем? Скучает же. Радуется, что ты вернулся.
Маг внимательно посмотрел на зверька. Высохнув, он стал пушистее и даже как-то приятнее глазу, а мордочка, прежде унылая и печальная, приобрела странное выражение, казалось, будто котенок все время улыбается.
– Кстати, – сказала Марго, – гладить кошку полезно для сердца. А у тебя сердце пострадало от тока – делай выводы. И тебе хорошо, и ему.
Тирр повесил куртку на вешалку и полюбопытствовал:
– А ему какая польза с этого?
– Никакой. Просто приятно. Животные любят ласку. Вот смотри.
Она наклонилась к котенку и протянула ему руку. Зверек сразу же подошел и смешно боднул головой раскрытую ладонь, а затем стал тереться о нее бочком, издавая негромкий урчащий звук.
– Мой ездовой ящер ласку не любил, – заметил Тирр, – все, что ему надо было – это пожрать вволю и чтобы я на нем как можно реже ездил. Хотя неудивительно – с его-то крошечным мозгом.
– Ты иди, ложись, – скомандовала Марго и сунула ему в руки кота, – и заодно имя ему придумай. А хотя – я уже придумала. Будет Пушком. Так, погодь, надо все-таки покормить его вначале, и тебя заодно.
В нижнем ящике холодильника, куда Тирр раньше не удосужился заглянуть, она отыскала замороженную рыбу, слегка разогрела ее на сковороде и отдала Пушку, который обрадовался просто невообразимо. Для себя и мага Марго сварила какие-то белые кругляши, найденные там же, где и рыба.
– Это пельмени, – пояснила она, – снаружи тесто, похожее на хлебное, внутри мясо.
