— Интересные дела! — усмехнулся он. — Мефодий — кандидат-лейтенант, но всего лишь младший военный советник или по армейскому подпоручик. А Петя — прапорщик и при этом полноценный военный советник и поручик!
Унтер огладил вислые усы и с усмешкой произнёс:
— Да нет тут ничего удивительного! Опыта у человека, произведённого в кандидат-лейтенанты после выпуска нет и быть не может, а прапорщиками за красивые глаза не назначают.
— Меня тоже не за красивые глаза, а за диплом! — хохотнул Карл и махнул своей мощной ручищей. — Да не важно это! Маршал Рогач приказал уйти от старорежимной системы званий и упразднить всех этих поручиков и штабс-капитанов. Скорее всего с ОНКОР пример возьмут.
— Вот уж действительно — не важно! — рассмеялся Глеб Клич. — Меня другое волнует: кормить нас когда будут, а?
Я с обречённым вздохом поднялся с койки и отправился на поиски Пономаря.
Завтрак — это и в самом деле святое. Равно как и обед с ужином.
Режим питания нарушать нельзя.
В воздухе мы провели без малого двое суток, в столицу прибыли утром двадцать пятого числа. И снова подлетели к городу ещё впотьмах, вновь не получилось поглядеть на дворцы и храмы с высоты птичьего полёта. Мороз тоже оказался под стать тому, что лютовал в мой прошлый приезд. Прочувствовали мы его на себе сразу же, как только покинули дирижабль. Ладно хоть ещё отдельную роту обмундировали по высшему разряду и вместо драповых шинелей бойцам выделили добротные полушубки. Иначе бы в кузовах присланных за нами грузовиков встречным ветром всех бы до костей проняло.
Впрочем, мне в любом случае было грех жаловаться: нас с Пономарём в город повезли на присланном за медиками автобусе. Карла и Макса — тоже.
Последний, впрочем, остался к этому обстоятельству совершенно равнодушен. В тягостные раздумья его повергла передовица купленных в газетном киоске аэровокзала «Ведомостей». Заголовок статьи гласил «Граница на замке!», а речь в ней шла о преобразовании Пограничного корпуса в пограничные войска РКВД.
— Да ты не переживай! — счёл нужным утешить я Макса. — Железнодорожный корпус и вовсе разделили, и ничего страшного. Служат люди!
Бондарь только вздохнул и отвернулся к заиндевевшему окну, приложил к нему кулак, желая растопить узорный слой наледи, будто бы его так уж сильно интересовали столичные виды. Вроде как марку держал.
Ну-ну.
Первой нашей остановкой стал штаб СЭЗ. Располагался тот на задворках юго-западных предместий, и когда Пономарь велел мне следовать за ним, я с выполнением этого приказа торопиться не стал.
— Денис Афанасьевич, а я вам нужен вообще? Мне бы со знакомыми повидаться, если можно. А вечером уже в общежитие заселюсь.
Старший лейтенант закашлялся, потом мотнул головой.
— Сегодня весь день свободный, повидаешься ещё. А сейчас с вещами на выход!
— Только не говорите, что вы и в системе исправительных учреждений послужить успели, — буркнул я, закинув на плечо лямку вещмешка и взяв в другую руку чемоданчик.
— Шагай, шутник! — беззлобно ругнулся Пономарь.
Пришлось подчиниться.
— Макс, бывай! — попрощался я с Бондарем, выпрыгнул из автобуса и поморщился, когда от морозного воздуха защипало ноздри.
Карл уже стоял на очищенном от снега тротуаре и растерянно озирался по сторонам. Выглядел он откровенно потерянным, я не удержался и со смешком заявил:
— Чего стоишь? На проходную топай!
Здоровяк раздражённо передёрнул мощными плечами.
— Тебе легко говорить: топай!
— Ну да! — ухмыльнулся я. — Куда там атаке в штыковую до знакомства с будущим тестем!
— Тьфу на тебя, Пьер! — вновь назвав меня на лютиерианский манер, Карл чуть сгорбился и зашагал к будке у высоченных ворот.
Ну а я торопиться не стал и пропустил вперёд Пономаря, двинулся за старшим по званию, не понимая, зачем вообще понадобилось тащить меня в штаб.
— Не сопи! — бросил тот, не оборачиваясь. — Вдруг вводные для вашей группы сразу дадут?
— А если не дадут?
— Тогда размещение своих людей проконтролируешь и до отбоя свободен.
Ну хоть так! Как раз успею с делами разобраться к тому времени, когда Василь со службы освободится. Специально телеграмму ему накануне вылета отбил, чтоб по возможности ничего на эти дни не планировал. Сто лет уже не виделись! С прошлого года!
Запустили нас на территорию безо всяких бюрократических формальностей, и это было просто здорово: если в автобусе я просто озяб, то на холодном ветру начал зуб на зуб не попадать. Карл предъявил на проходной направление от военной кафедры, но его отправили оформлять пропуск, а вот Пономаря и меня вместе с ним без промедления препроводили в приёмную полковника Дичка.
— Проходите, — указал то ли адъютант, то ли просто секретарь в чине подпоручика и слегка неуверенно добавил: — Вас ожидают!
Из этой едва уловимой заминки я понял, что ожидают одного только Пономаря, но деваться было некуда — убрал полушубок на вешалку, оставил в приёмной свои пожитки и двинулся вслед за старшим лейтенантом.
