– Прошка! – высоким старческим голосом позвал Зарубский. Затем, даже не посмотрев на мгновенно возникшего в дверях молодого парня, боярин продолжил. – Оконце затемни и свечи зажги. Потом сядешь записывать.
Очень резво и одновременно почти бесшумно, парень сделал, что ему было велено и встал у высокого писчего столика.
Боярин дочитал свиток и задумчиво замолчал. Затем посмотрел на парня и заговорил: – Найдешь Ноздреватого, скажешь ему, чтобы проверил ременного Кручину. Всю подноготную пусть роет. Как, он знает. Сам пойдешь в местничество, к Игнат Славичу. Выправишь списки. Этого Кручину, товарища воеводы Сейска, поднимешь в разряде.
– Много? – откликнулся человек.
– Много не заслужил еще… Да, посмотри, кто сейчас в Сейске воевода. В мытный сходишь. Пущай на этого Кручину бумаги поднимут. Сказку со всего напишешь и мне принесешь. Есть у меня на этого ременного расчет один…