Перед мужскими туалетами она испытывала тихий ужас и отвращение. Ей казалось, что за дверью с изображением мальчика, петуха, пса или элегантного господина в шляпе скрывается мир грязи, антисанитарии и непристойностей. Ей не приходилось бывать в таких местах, но краем глаза она видела ужасающие настенные приборы, раскрывшие свои пасти в надсадном хохоте. А идущий из-за дверей стойкий запах мочи и табака! Не надо быть крысой, чтобы учуять его за сто метров.
Все ее предположения оправдались. Стараясь не смотреть на надписи на стенах и глубоко не дышать, Нелли прошла к окну.
Из окна хорошо просматривался школьный двор, вернее, хозяйственный двор, и автобус, стоявший между дощатым складом спортинвентаря и оранжереей, прозванной «шахматкой». Регулярные ряды мутных стекол здесь нарушали пустые окошки в шахматном порядке.
Бен очень осторожно и тихо открыл окно. Легко, словно кот, перелез через подоконник и помог Нелли спуститься, нежно взяв ее на руки. Удивившись джентльменскому поведению Бена, Нелли пожалела о своих скоропалительных выводах по поводу его крысиной природы.
Светало. Бледнеющая ночь скатывалась к краю неба, чтобы под утро свалиться за горизонт, как заспавшийся сторож с лавки.
Приказав Бену знаком оставаться на месте и стараясь не издавать ни звука, ни шороха, Нелли добралась до автобуса. Вставить ключ в дверь было несложно. Так же просто оказалось проникнуть в автобус через водительскую дверцу. Теперь предстояло самое неприятное: открыть пневматические двери салона. Нелли помнила, с какой музыкой они открываются, и задержала руку над кнопкой. У окна в напряженном ожидании стоял Бен. На окне – четыре ведра с торчащими из них ушами и меховая поросль по подоконнику. Стояла звенящая тишина.
Скрежет и шипение открывающихся дверей показались Нелли оглушительными. Она минуту без движения сидела в кресле, ожидая грома небесного, полицейских сирен и беспорядочной стрельбы. Но ночь продолжала помалкивать, будто желая помочь беглецам.
Бен оказался более хладнокровным. Он тихо, как заядлый воришка, перенес ведра в салон автобуса и медленно опрокинул их. Затем свернул за сарай и вернулся с широкой доской: прислонил ее к окну. Из окна по доске цепочкой побежали крысы, словно черная вода потекла из-под крана.
Когда Нелли вылезла из кабины и осторожно обошла капот автобуса, перед ее глазами предстала мистическая картина.
Автобус-ковчег принимал в себя нескончаемый поток горбившихся крыс, похожих на странников в серых балахонах с капюшонами. Странники в вежливом молчании покидали неприветливые края, обреченно отправляясь на поиски нового пристанища.
Хотели ли эти изгои заменить высших существ планеты? Вряд ли. Просто хотели жить. Вместе с людьми. Потому что не было места, где бы люди не жили.
Бена не раздражало оцепенение Нелли. Он периодически исчезал и появлялся в окне, сновал туда-сюда с ведрами и коробками.
Очнувшись, Нелли бросилась на помощь. Через полчаса колония Августы была полностью погружена в автобус.
Нелли села на нижнюю ступеньку. Руки тряслись от усталости и перенапряжения. Бен тоже опустился на корточки.
– Чего? – кивнул он разглядывавшей его Нелли.
– Можешь остаться.
– Чего?! Думаешь, я боюсь?
– Тебе нужны неприятности?
– Я с тобой! – отрезал Бен.
«Есть люди – чисто звери, и есть звери совсем как люди», – подумала Нелли.
Она откинулась назад. Ее голова легла на пол автобуса. Так крысы снова казались одного роста с ней. Если хочешь увидеть мир таким, каким его видит крыса, ложись на землю.
– Как вы тут? Сейчас поедем.
Живая и шуршащая тьма под сиденьями была непроглядной. Человеческий глаз Нелли не видел многого из того, что видела крыса. Но Нелли почувствовала, что пассажиры готовы, боятся и верят. Это придало ей сил. Она поднялась в салон и села в водительское кресло. Ее взгляд упал на оранжерею. Нелли открыла рот в немом удивлении: среди кадок с ботаническими опытами учащихся, крепко прижавшись друг к другу, сидели все коты Тони. Они с ужасом смотрели в сторону автобуса.
– А вы что думали? – прошептала Нелли. – Привыкли питаться тефтельками! Теперь этот кошмар у меня с вами на всю жизнь.
Она выжала педаль сцепления и спокойно, без рывка провернула ключ. Автобус вздрогнул, затрясся, засипел и прокашлялся. Моргнул фарами, просыпаясь. Нелли плавно нажала на газ, и машина, послушавшись, заворчала ровно и бесконечно. Точь-в-точь как школьный шофер Тони.
Бен вскочил на ступеньку. Его лицо было совершенно спокойно.
– С тобой, Бен, только к фламинам ходить! – сказала Нелли и отпустила педаль сцепления.
