– Знаешь, «Нэ» или «Нэнэ» в переводе с японского значит «крыса». А белой крысой они называют удачу.
– Я только наполовину белая… Была.
– Значит, нормальная. И плюс и минус, – усмехнулся Бен.
– И да и нет, – поддержала его Нелли.
Они захихикали.
– Может, ты, это, мои стихи послушаешь? – неожиданно предложил Бен.
– Давай!
Бен собрался духом и, глядя на потолок, тихо прочел:
Хорошо, что Бен не заметил на минуту округлившиеся глаза Нелли. От кого угодно, только не от Бена она ожидала услышать такие стихи.
– В кого это ты так… э-э… втюрился? – пришла в себя Нелли после короткого замешательства.
Бен тяжело вздохнул.
– Была одна. Там, в Урбсе.
– Красивая?
– Очень.
– Не Авророй зовут?
Бен отрицательно покачал головой.
– А где она сейчас?
– Попала в гарем Нумена, – сказал печально Бен.
– Тяжело тебе, поэтому и дерешься?
– Поэтому я согласился на замену.
– Стихи классные. И вообще ты ничего парень получился.
Бен улыбнулся и шмыгнул носом.
– Ты тоже ничего. Человек, а понимаешь.
«Маленький камень, брошенный в крысу, может повлечь за собой большие неприятности», – за Ненэ сформулировала Нелли. И еще она поняла, что уже никогда не будет чьей-то тенью. И никогда не будет относиться к людям упрощенно и однозначно.
Из офиса выскочил раскрасневшийся отец Бена.
– Немедленно домой, – глухо сказал он.
Бен наклонился к Нелли и быстро прошептал:
– Встретимся!
Отец с силой потащил его к выходу.
Вечером того же дня на пороге домика, в котором жила Нелли, возникла Марита.
– Ты, крыса драная! – начала она, и Нелли стало не по себе. – Не могла сказать?
– О чем? – спросила Нелли, пропуская Мариту в дом.
– Что ты снюхалась с Беном! Не сказала подруге! Весь город на ушах.
У Нелли отлегло от сердца.
– Теперь наша банда будет в числе самых приви… леги… рованных! Чего молчишь, кошка облезлая? Меня спрашивают, а я не знаю, что ответить! Знаешь ли ты, дохлятина, что твой вожак должен все знать о тебе?
Нелли быстрым движением схватила Мариту за волосы и мягко прижала ее голову к столу. Потом наклонилась к запищавшей предводительнице, сказала ровно и четко:
– Я – не драная кошка и даже не бешеная. Я – крыса. Это ты правильно заметила. А раз так, с этого дня вход в мой дом только по предварительной записи.
– Девочки, что вы делаете? – спросила тетка Джен, войдя в комнату Нелли.
– Косы заплетаем, – сказала Нелли, отпустив Мариту.
– Там к тебе пришли, – в голосе тетки звучало недоумение.
Нелли вышла на крыльцо. Под стеной, на скамейке сидели и листали журнал высокий красавец Гай и лохматый худышка Эрик. Марита, выбежавшая следом за Нелли, перешла улицу и встала на другой стороне. Она была в шоке.
Нелли сама удивилась, но, не подав вида, степенно приблизилась к мальчикам. Они встали. Гай робко протянул Нелли букет белых лилий в красивой упаковке.
«Не человек», – заключила Нелли. Она молча взяла букет. Молчал и Гай. Но Эрик не стал тянуть кота за хвост.
– Гай приглашает на вечеринку, – сказал он недовольно. – Предки устраивают. Придешь?
Нелли усмехнулась. Десять дней назад ей об этом и помечтать было нельзя.
– Только если пригласят и Бена.
– С ума сошла?! – возмутился Эрик. Фульвин. Нелли вспомнила его имя. – Он не из этого круга!
– Вы оба будто из этого!
– Он не может прийти, – настаивал «злобный» Эрик.
– Всего хорошего, – Нелли пожала плечами. – И имей в виду: я потребовала вернуть настоящего Эрика.
– Не сейчас, – нахмурился Фульвин. – У меня задание.
– У меня тоже. И я его выполню, – угрожающе пообещала Нелли.
– Если надо чего, обращайся, – примирительно сказал Гай.
Ему Нелли улыбнулась.
– Эй, ты, Эрик! – крикнула Нелли, пока мальчишки не отошли далеко. – Больше не ходи за мной.
– А я должен? – забеспокоился Фульвин.
– Все. Забыли, – отмахнулась Нелли.
Она смотрела им вслед, пока они не вышли из Рыбного переулка. Мариты не было. Понеслась с новостями!
Нелли подняла с покосившейся скамейки глянцевый журнал «Сладкие девочки».
– И эти туда же! – воскликнула она.
«Быть сладкой девочкой очень неплохо, но быть бешеной крысой гораздо лучше», – в духе Ненэ подумала Нелли и отправила журнал в мусорный бак.
Она держалась спокойно, старалась глядеть невинно и всем улыбалась.
В школе ее никто не задевал, с расспросами не приставал и не надоедал пристальным вниманием. Ее это устраивало.
Марита ходила кругами, но не приближалась. Она, несомненно, сумела извлечь пользу из Нелиных похождений. «Банда» Рыбного переулка выросла до маленькой толпы.
