– Подумаешь, одна четвёрка, – фыркнул Наполеонов и тут же пошёл в атаку: – и вообще хватит измываться надо мной с утра пораньше. У меня, между прочим, работы непочатый край!
– Ладно уж, иди, работай, – смиловалась Мирослава, открыла шкаф и достала оттуда шоколад «Бабаевский». – На, – протянула она шоколадку Шуре, – с миндалём.
Тот молниеносно выбросил руку и не успел Морис моргнуть глазом, как шоколад из рук Мирославы переместился к Шуре.
– А где спасибо? – спросила Волгина.
– Я её принял как компенсацию за твои придирки, – и он быстро вышмыгнул из кухни. А вскоре детективы уже услышали звук его выезжающей с участка «Лады Калины».
– Зря вы его цепляете, – тихо проговорил Морис.
– О! – улыбнулась она. – Защитничек сыскался.
– Нет, правда. Ведь работа у него не сахар.
– У нас тоже, – напомнила она.
– Но мы хотя бы можем выбирать, браться или нет за то или иное дело, а у Шуры права выбора нет.
– Угу. Но если ты напряжёшь память, то вспомнишь, что мы практически никому не отказываем в помощи.
– И всё-таки.
– Ладно, – сказала она, – не будем спорить. Лучше скажи, осталась ли в доме хоть какая-то еда после отъезда Шуры.
– А то вы не чуете? – улыбнулся Морис.
– Чуять-то я чую, но опасаюсь, вдруг от еды остался только запах.
Они оба рассмеялись, и Морис поставил на стол тарелку с горкой котлет и снял с них салфетку.
– Удивляюсь я тебе, Морис, – сказала Мирослава.
Он вопросительно посмотрел на неё. И она ответила на его безмолвный вопрос:
– Когда ты всё успеваешь!
– Котлеты я сделал вчера вечером, отправил их в морозилку, а сегодня утром только пожарил их.
– Тогда я тобой ещё и восхищаюсь, – проговорила она уже с полным ртом.
«Лучше бы сказала – люблю», – подумал Морис и тоже принялся за завтрак.
Наполеонов прямо с утра разослал оперативников прочёсывать двор и окрестности на предмет выявления хоть кого-то, кто мог видеть Горбункову выходящей из дома или возвращающейся домой в тот роковой вечер.
То, что принесли они ему в клюве ближе к вечеру, нельзя было назвать большой удачей. Но всё-таки.
Сосед, проживающий на втором этаже соседнего подъезда, сообщил, что он спать лёг рано, так как после приезда с дачи у него невыносимо разболелась спина. Жена приклеила ему перцовый пластырь, и он уснул. Но потом внезапно проснулся от кошачьего крика.
– Ведь и не сезон сейчас, не март месяц на дворе, – втолковывал мужчина оперативнику, – а эти бродяги.
– Какие бродяги? – не сразу сориентировался полицейский.
– Ну, коты бездомные!
– Ах да.
– Так вот, они затеяли драку и так орали! Хоть святых выноси! Я, значит, пошёл на кухню, набрал в банку холодной воды – и на балкон!
– А зачем вода?
– Послушайте, – рассердился мужчина, – вода, чтобы котов полить!
– Но они же не цветы.
– Вот поэтому они и не любят, когда их поливают водой! И вообще не перебивайте меня! Я и сам собьюсь.
Оперативник был молодым и смешливым. Он представил, как мужчина поливает котов и они увеличиваются в размерах, как тыквы на грядке. И он невольно улыбнулся.
А сосед поправил очки, сползающие с переносицы, сердито посмотрел на него и продолжил:
– Теперь к вашему вопросу, я был без очков и в темноте не видел лица интересующей вас Горбунковой. Но всё-таки я её видел!
– То есть? – удивился оперативник.
– Она как раз подходила к своему подъеду.
– Если вы были без очков, то как же вы узнали её? На Горбункову упал свет от фонаря? – попытался уточнить оперативник.
– От какого ещё фонаря?! Нет там фонаря! Есть незначительные отсветы от рекламы соседнего магазина. Но на Горбунковой был светлый костюм, и я определил её по силуэту!
– Погодите, погодите, она что, была без плаща, без куртки?
– Без. Наверное, выходила выбросить мусор и поэтому ничего не надела. Ещё я заметил, что она слегка прихрамывала.
– Значит, прихрамывала, – хмыкнул оперативник, – я, конечно, дико извиняюсь, но не могу представить, как в темноте можно распознать личность женщины по силуэту.
– Это потому, что вы ещё зелёный! – совсем осерчал сосед. – Посылают разговаривать с солидными людьми бог знает кого!
– Извините, я не хотел вас обидеть. Но…
– Не запряг ещё! – рубанул мужчина воздух ребром ладони. И добавил: – Я всю жизнь закройщиком проработал в ателье. И мне раз плюнуть определить личность знакомого человека по силуэту.
– Ах вот оно что, – проговорил оперативник, хотя до конца так и не поверил в то, что сосед опознал Горбункову в темноте по силуэту.
– А теперь уходите, – велел ему мужчина, – больше я вам ничего не скажу.
Уже спускаясь по лестнице, оперативник слышал, как мужчина продолжает ругать его за закрытой дверью. И, кажется, рассказывает о его «остолопости» жене. Хмыкнув ещё разок, полицейский выбежал из подъезда.
Дмитрий Славин тем временем обходил квартиры в доме напротив. Особенно его интересовали влюблённые парочки, собачники и пожилые люди, страдающие от бессонницы.
Влюблённых в доме не оказалось или они решили затаиться и не сообщать полиции о своих полночных свиданиях. Собачники были, даже двое, но ни один из них не видел в тот поздний вечер Горбункову.
