Нельсон полностью

Нельсон проявил необыкновенную настойчивость, и командующий в конце концов сдался. Однако он совсем не хотел потерять своего любимого адмирала и в личной беседе предупредил его – в схватку не лезть, только руководить. Нельсон пообещал. Большинство обещаний даются для того, чтобы их нарушить.

План был простым и, как обычно, необыкновенно дерзким, а попытка реализовать его закончилась полным провалом. Признаем, Нельсон необыкновенно хорош в море, но всякого рода десанты у него получались как раз не очень хорошо. Да и удача глубокого синего цвета как-то не очень хотела приобретать цвет песочный. Ладно, признаем еще и то, что знаменитая смелость Нельсона далеко не всегда была умной, иногда – ровно наоборот. Особенно в тех случаях, когда в основе ее лежало в первую очередь упрямство.

Нападение на Санта-Крус – яркий тому пример. В детали вдаваться не будем, потому что есть там одна деталь, которая перевешивает все остальное.

…Вечером 24 июля 1797 года Нельсон ужинал с офицерами в кают-компании фрегата «Сихорс». Некоторые из них заявили адмиралу, что считают новую (вторую за несколько дней. – М. К.) попытку высадки десанта плохой затеей. Нельсон не собирался отказываться от своего плана, офицеры ушли.

Пришел его приемный сын, Джосайя Нисбет. Он уже дослужился до лейтенанта и нес ночную вахту. Джосайя начал умолять Нельсона разрешить ему принять участие в десанте. Адмирал был категорически против:

«О чем ты говоришь? Только представь, что будет с твоей матерью, если мы оба погибнем!»

Лейтенант Нисбет чуть ли не на коленях стоял, даже расплакался. Нельсон уступил его мольбам и принял, как вскоре выяснится, одно из самых мудрых решений в своей жизни. Обрадованный Джосайя ушел, Нельсон – начал писать письма и завещание.

Предчувствие беды? Нет, моряки писали прощальные письма и составляли завещания накануне любого сражения, обычное дело. Оставленные в наследство родственникам суммы свидетельствуют – денег Нельсон и правда скопил немного. В письме к Джервису – особая просьба позаботиться, если случится самое плохое, о его пасынке. «Уверен, что, если я паду на службе королю и родине, герцог Кларенс, стоит лишь назвать ему имя моего пасынка, обязательно примет участие в его судьбе».

Все. Чернила высыхают, за бортом – черная и маслянистая ночь. Примерно в 11 вечера шлюпки с десантом отплывают от кораблей. В одной из шлюпок – Нельсон и Джосайя Нисбет. Подходят к берегу тихо, приняли все меры. Только обмануть испанцев не удалось, они ждали.

Шлюпки еще не приблизились к берегу, а испанцы открыли шквальный огонь! Из передового отряда десанта до суши добрались немногие, а основной, с Нельсоном, продолжал движение. Вот шлюпка с Нельсоном наконец уткнулась в песок. Вот сам он спрыгивает на берег и сразу – будто спотыкается и падает на спину.

Есть много свидетелей, утверждающих, что Нельсон сказал то ли «Я умираю…», то ли «Меня убило…». А что только не скажешь, получив тяжелую рану. Опять-таки какая разница, что стало причиной, картечь или выстрел из мушкета?

Важно не то, что Нисбет первым увидел, как из правой руки адмирала хлещет кровь, а то, что он среагировал почти мгновенно. Подбежал к адмиралу, сорвал с шеи шарф, сделал что-то вроде жгута. Стоявший поблизости матрос разорвал рубашку, получились бинты. Нельсона перенесли на шлюпку. Джосайя прикрывает адмирала собой. Грести, грести скорее! Выйти из-под огня!

Сейчас я расскажу вам, почему считаю Нельсона героем из героев. Даже если в этой истории правды – только половина, все равно останусь при своем мнении.

…Гребцы стараются изо всех сил, Нельсон просит приподнять ему голову. Видит, как одна из находящихся рядом шлюпок получает пробоину и все люди из нее оказываются в воде. Он отдает рулевому приказ остановиться и забрать всех, кого смогут!

Первый корабль на пути – «Сихорс». Нельсон дружит с его капитаном Фримантлом (он тоже принимает участие в десанте. – М. К.) и очень тепло относится к его молодой жене Бетси. Она – на корабле. Поднимаемся на борт? Как бы не так! «Да я скорее умру, чем предстану перед миссис Фримантл в таком виде! К тому же мне нечего сказать ей о судьбе ее мужа…»

Они плывут дальше. Корабль Нельсона, «Тезей». Он никому не дает помочь себе подняться на борт! Он не хочет, чтобы его люди видели адмирала беспомощным. «Оставьте меня в покое! У меня есть еще две целых ноги и одна рука!» Нельсон хватается за канат левой рукой, его поднимают на борт. Про правую он уже все понимает.