Романтическая комедия о девушке, которая сбежала от чрезмерной опеки родителей в другой город. Ева перевелась в столичный вуз. Ей казалось, что это поможет избежать контроля со стороны отца и матери. Её отпустили при одном условии, она будет работать в фирме старого приятеля её отца. Но не уточнили, что ещё придётся выйти замуж за его сына. В то время, как сама Ева влюбляется в своего соседа. Сможет ли Ева исполнить свою мечту и стать самостоятельной? Не попытаются ли родители следить за ней издалека? Но самое главное, сможет ли она отстоять своё право на любовь?
"Родители желают нам только лучшего" — я всегда помнила об этом. Всегда… Когда они не отпускали гулять, пока не сделаю уроки и не поужинаю… Когда запрещали дружить с лучшей подругой… Когда забрали с выпускного вечера раньше всех… Когда приставили ко мне охранника, чтобы я не встречалась с парнями из университета… Всегда.
Но однажды я поняла, что живу не свою жизнь.
В конце второго курса на лекции по психологии преподаватель дала странное задание. Составить список из 100 своих желаний. От самых обычных, вроде покупки мороженого, до глобальных — кругосветное путешествие, например. Сложность была в том, что преподаватель могла выбрать любые три желания из ста, чтобы мы рассказали, почему хотим этого, и, что нам это даст.
Все тогда очень обрадовались, ведь легче составить список, чем учить 60 билетов. Я тоже обрадовалась. Но, когда начала записывать желания, остановилась после первых двадцати. Я стала думать, чего хочу ещё и не понимала.
Тогда перечитала первые двадцать пунктов и осознала, что не знаю, чего мне хочется, что мне нравится, о чем я мечтаю. Даже те желания, что я записала, были скучными. Я представила, как они исполняются, но в душе не потеплело. Зато я отчетливо представила радость на лицах родителей. Они были бы счастливы, если бы эти желания исполнились.
Помню, как в день экзамена зашла в аудиторию самой последней. Впервые за два года учебы, я была не готова. Положила перед преподавателем два листа: на одном двадцать желаний, к которым душа не лежала, а второй — пустой.
— Ты хочешь что-то добавить? — спросила тогда эта милая женщина, на чьем лице едва проглядывали дорожки морщин.
— Можно я лучше выучу билеты и приду на пересдачу? — всё, что я смогла выдавить из себя, чтобы не сорваться на слёзы.
— Ева, расскажи, мне про эти желания, что ты написала. Двадцать — это тоже не мало! — она улыбнулась уголками губ, заглядывая ко мне в глаза, будто искала ответ на свой вопрос в них.
— Это не мои желания, Вероника Александровна. Я думала, что мои, но нет. Я очень хотела написать свои желания, — слёзы полились из глаз, будто ванна переполнилась, а кран забыли закрыть. — Но я не смогла придумать ни одного. Я взяла чистый лист, думала, что это поможет, но я не знала, чего хочу.
Она молча дослушала мои излияния, даже головой не кивала в процессе. И после спросила:
— Чьи желания эти?
Я потупила взгляд. Мне не хотелось признаваться в этом даже самой себе.
— Ты их придумала? Или у кого-то списала? — она едва коснулась моей руки, чтобы вернуть меня в реальность из моих мыслей.
— Наверное, моих родителей. Я привыкла их слушаться. Ведь они всегда были правы. И всегда знали, что для меня лучше.
— Ева, ты очень хорошая девушка, — перебила она меня, — умная, ответственная, честная. Я поставлю тебе зачёт. И от всего сердца желаю научиться слушать не только своих родителей, но и саму себя.
Я открыла рот, чтобы поблагодарить её, но она жестом меня остановила и продолжила говорить:
— Никто не знает тебя лучше, чем ты сама. Доверься своей интуиции.
Конечно, я не пошла в тот же день к родителям устраивать скандал. Хотя, наверное, стоило. Но поняла, что пока они рядом и контролируют каждый мой шаг, я вряд ли "услышу себя".
В середине третьего курса я решила перевестись в Москву, благо филологический факультет есть в любом ВУЗе.
Изучила все вопросы, связанные с переводом в другой вуз. Взвесила все "за" и "против". Оставалось только набраться смелости и отстоять своё желание перед родителями.
Мы как обычно собрались всей семьёй за ужином. Отец рассказывал, как прошёл его день. Потом мама. И очередь дошла до меня:
— Ева, как дела в университете? — с некоторым безразличием спросил папа, положив в рот кусок стейка.
— Как обычно. Ничего нового. — я пыталась подобрать слова, несмотря на то что до этого миллион раз прокручивала этот диалог в своей голове. — Папуль… мамуль… я хочу спросить кое о чём.
Тишина за столом означала, что я могу продолжать.
— Я хочу перевестись в другой ВУЗ.
— В какой? — спросил отец, продолжая жевать, но потом резко остановился. Видимо, до него дошёл смысл моих слов.
Мама замерла, как будто не знала, чего ожидать, и, к чему готовиться.
— В Москву. Я же в филиале учусь сейчас, а там главное здание, преподаватели лучшие. Плюс это престижнее окончить московский вуз, чем его филиал в каком-то городке.
— Какой-то городок? По-твоему, Ростов-на-Дону — это какой-то городок?
— Пап, ну, Москва — это же про престиж, про статус. Согласись, что приятнее говорить, что у твоей дочери красный диплом московского вуза.
— Ты уверена, что ты сможешь там получить красный диплом? Всё-таки переезд и перевод — это не легко. Да ещё и одна, в такой большой город. — включилась в разговор мама.
— Ева, ты как что-нибудь придумаешь… Кто-то из твоих подруг решил перевестись, и ты тоже захотела? — отец пытался найти корень моего внезапного желания.
