- Что за глупый вопрос?
- Сколько вам лет? Сорок четыре, сорок пять?
- Тридцать восемь. Девять лет в этом городке, и я выгляжу старше своих лет.
- Тридцать восемь, и все еще холостяк.
- Такое случается.
- Вы не гей, так что...
- Откуда вам это известно?
- Я столько лет жила и работала с мужчинами, что у меня появилось шестое чувство насчет мужских качеств. - Кристина бросая на него понимающий взгляд. Вы очень нравитесь женщинам, но делаете вид, что не замечаете их.
Ален покраснел.
- Знаете что, Кристи? Вся эта так называемая здоровая пища подействовала на вашу голову. - Но у меня есть глаза. Вы покраснели.
- Покраснеешь, когда такая нахалка заговаривает о сексуальной жизни, - Не о сексуальной жизни, а о сексуальной привлекательности. Одна у вас есть, другой - нет. Он покачал" головой.
- Вы просто не в себе, Хубен.
Надю разбудил какой-то приглушенный стук. Слишком резко сев в постели, она тут же почувствовала боль в боку. Откинув одеяла, опустила ноги на пол и тут услышала еще один звук. Кто-то ходил по дому.
- Кто там? - позвала Надя испуганным голосом. - Это я, мам. - Голос Элли послышался где-то рядом, затем щелкнула закрывшаяся дверь.
- Эл? В чем дело?
В двери показался маленький призрак в пижаме.
- Я доставала одеяло из шкафа.
В доме было холоднее обычного. Видимо, опять вышел из строя старенький котел. Тапочки, как и пол, были ледяными.
- Пойдем, маленькая, я уложу тебя в постель и заодно проверю термостат. А где одеяло?
- Оно не для меня, а для доктора Смита.
- Ты сказала "для доктора Смита"?
- Угу. Он спит в твоем кресле и совсем замерз.
- В моем кресле? - Ее рука инстинктивно запахнула халат.
- Да, в гостиной. Я встала в туалет, увидела свет и подумала, что там ты и что тебе плохо. - Элли сделала пару быстрых вдохов. - Поэтому я и взяла одеяло. Он выглядит ужасно усталым и замерзшим.
- Ладно, маленькая, иди в постель, а я сама пригляжу за доктором Смитом.
- Ну, мама, я уже не маленькая.
Надя тихо приоткрыла дверь гостиной. Действительно, Ален вытянулся в ее стареньком дряхлом шезлонге, прижимая к себе толстую папку. Совершенно измученный.
Чувствуя себя незваным гостем, она сделала несколько шагов к нему. Доктор не пошевелился. Беззащитный во сне, со смягчившимися чертами лица, он казался другим человеком - более доступным и привлекательным. Но слишком усталым.
Надя торопливо развернула одеяло и осторожно накрыла им мощную фигуру.
Ален вдруг насупился к что-то протестующе забормотал. Надя не удержалась и провела рукой по его волосам. Теплые, чуть вьющиеся, они поразили ее неожиданной мягкостью. Единственное, что есть мягкого в этом мужчине, подумала она, но тут же поправилась: кроме его сердца.
- Спасибо тебе, - прошептала она. Надя уже собиралась уйти, но вдруг почувствовала, как сильные пальцы сжали ее кисть. Она испуганно обернулась и увидела его открытые, хотя и сонные глаза и ленивую насмешливую улыбку.
- Гм, ангел в белом, - пробормотал он, притянув ее к себе так, что она почти растянулась на его груди.
- Едва ли я похожа на ангела, - прошептала Надя, напрасно пытаясь освободить свою кисть. - Что это вы делаете в моем доме?
Лоб Алена наморщился, у него дернулся уголок губ.
- Надо же, ангел еще и говорит. - Глаза доктора опустились на ее губы. Похоже, ангела зовут Надя.
Другая рука Алена высвободилась из-под одеяла и коснулась ее лица. Грубоватые пальцы вызвали неудержимую дрожь во всем ее теле.
- Не надо, Ален, - прошептала она. - Вы же мой доктор.
Его лицо исказилось от боли, заставив ее замолчать.
- А вы репортер. Один хранит доверие, другой через него переступает.
- Не всегда, - прошептала она.
- Всегда.
- Ален! Что с вами? Вам больно?
- Сам виноват.
Голубые глаза доктора закрылись, словно смеженные сном, потом открылись и вгляделись в ее лицо, и в их глубине явственно проступила мука.
- Ну почему ты такая красивая? Разве человеку мало добровольной ссылки в качестве наказания?
- Не понимаю...
- Оно и к лучшему, - прошептал Ален и обнял Надю.
- Ален, остановись... - успела вымолвить она, прежде чем его губы запечатали ее рот.
Пальцы, сжимавшие ее, были похожи на железные. Губы мягкие, и двигались с возбуждающей неторопливостью. Сильное тело удивляло своей тренированностью. А сердце билось в груди как молот. Застигнутая врасплох, Надя не сопротивлялась. Но когда его рука нащупала ее грудь, она резко дернулась, и острая, как нож, боль в боку заставила ее вскрикнуть. Очарование момента тут же улетучилось.
- И это ваш хваленый врачебный такт? - язвительно заметила Надя, превозмогая боль.
Ален густо покраснел, а на виске забилась жилка.
- Но ты же сама позволила мне зайти так далеко...
- Как хрупкой женщине остановить такого типа? Ударом коленкой?
- Сказала бы просто "нет", - отпарировал он.
- Вы же не дали мне возможности... Надя сильно побледнела, ее зрачки расширились.
Какой я тупица! - подумал доктор.
- Немедленно в постель, Надя.
- Только когда вы уберетесь из моего дома.
- Проклятье! Женщина, почему вы вечно спорите?
