Около шести часов в дом через кухонное окно проник доктор Лупинус и вскоре обнаружил свою жену мертвой. От гамбургских коллег мы получили подтверждение его алиби на ту ночь. В момент отравления и смерти жены он не мог находиться в Берлине. Правда, в его показаниях имеются два слабых места. Первое: в Гамбурге установили, что Лупинус вовсе не поручал своей секретарше уведомить Эрику Гроллер о его приезде. Нам же, как известно, он говорил, будто не уверен, выполнила ли секретарша его поручение. Второе: между прилетом самолета и приездом на виллу Эрики Гроллер у доктора нет алиби почти на час. Лупинус заявил, что прогуливался. Свидетелей этой прогулки у него нет. Но как бы то ни было, он вернулся в аэропорт, ведь такси доктор нанял именно там.
Майзель сделал небольшую паузу и несколько раз приложил носовой платок к уголкам рта. Стефан Кройцц просиял. Его восхищало — уже в который раз! — умение шефа построить доклад. Майзель вовсе не заглядывал в дело! У него была феноменальная память на детали.
Иоганнес Майзель спрятал носовой платок в карман, поправил галстук, элегантным движением пригладил волосы и продолжил свой обзорный доклад.
— Перейдем теперь ко второму блоку вопросов — к событиям, происшедшим на веранде. Перечислю некоторые уже известные факты.
Первое: не обнаружено никаких более или менее пригодных для идентификации следов обуви.
Второе: были найдены три различных отпечатка пальцев и ладони. Отпечатки несомненно принадлежат доктору Лупинусу, они находятся на стуле, который валялся на полу перевернутым, и на ручке двери, ведущей в сад. Кому принадлежат остальные отпечатки — пока неизвестно.
Третье: отпечатки пальцев, как на матерчатом ремешке, встречаются в двух местах — на маленьком столике, где стояла цветочная ваза, и на балконной двери верхнего этажа. Мы обнаружили, что дверь на балкон заперта, а ключ валялся в комнате примерно в двух метрах от двери.
Четвертое: кроме стирательной резинки со следами помады мы нашли еще пуговицу от воротничка мужской рубашки. Она лежала на лестнице, ведущей к веранде.
Пятое: мы нашли различные следы крови — в виде цельных и разбитых капель, а также брызг. Последние, как вам известно, образуются в тех случаях, когда кровь капает из раны на теле, находящемся в движении. Лужиц крови или кровяных дорожек нет. Вся кровь относится к нулевой группе. В одной из капель обнаружены частицы мозгового вещества и жировой ткани, в другой — волосы, по заключению экспертов — крашеные, с головы. На осколках вазы, на полу и на кромках ножек стула найдены частицы кожи. По предварительным данным, они относятся к кожному покрову носа, лба и скуловой дуги.
Что касается следов обуви, найденных в саду, то можно подумать, что семнадцатого и восемнадцатого мая на участке Гроллер было настоящее столпотворение. Мы сняли отпечатки с обуви покойной, ее супруга и Герике. Выводы экспертов: среди найденных есть также следы, которые явно не принадлежат трем этим лицам. О них можно сказать следующее.
Один след, довольно отчетливый и большой, по всей вероятности, оставлен мужчиной. Расстояние между левыми и правыми отпечатками составляет примерно полтора метра. Это говорит о том, что человек быстро бежал. Следы ведут от веранды за дом и далее — через сад к забору соседнего участка. Затем они теряются.
Другой отпечаток найден за пределами участка, на улице, у самого забора. Человек, вероятно тоже мужчина, стоял здесь долгое время. На это указывает глубина следа.
Третий след — еще одного стоявшего человека — находился возле центральной дорожки, точнее — за живой изгородью из самшита. Здесь также кто-то долгое время стоял в ожидании.
И последний отпечаток мужской обуви обнаружен в самом саду, приблизительно в пятидесяти сантиметрах от калитки. Он направлен перпендикулярно к садовой дорожке. Следы левого и правого ботинка находятся рядом друг с другом.
Нами не обнаружено ни одного четкого отпечатка дамской обуви. Однако не следует забывать, что женщины могут ходить и в мужской обуви.
Сравним теперь следы на веранде со следами вне ее. За исключением уже известных нам лиц — Гроллер, Лупинуса и Герике, — мы располагаем следами двух неизвестных людей на веранде и трех, а может, даже четырех — в саду. Это обстоятельство кажется мне чрезвычайно важным: вероятно, в преступлении участвовал не один человек.
И наконец, последнее. К чему мы пришли?
До сих пор нам ничего не известно о мотивах этого преступления.
