Миссис Франческа Бланш Маккарти Брайон
Уоберн-сквер, Блумсбери
Моя дорогая Элизабет!
Искренне надеюсь, что у Вас все благополучно. Пишу я потому, что Тоби попросил разрешения проводить выходные у меня. Капризы у детей не редкость. Не удивлюсь, если вскоре он захочет вернуться в Кент.
Моя сестра Ингрид согласна с любым вариантом, который предпочтет Тоби, и благодарит Вашего мужа и Вас за все, что вы для него сделали. Я рассказывала ей, что с Вами он всегда был доволен и здоров. Отныне по пятницам я буду отправлять в Танбридж-Уэллс водителя, чтобы забирал Тоби из школы и привозил в Лондон.
Как видно из обратного адреса, я теперь живу не в Риджентс-парке, а в Блумсбери, в доме, некогда принадлежавшем семье Пикси Фейрхевен. Вы наверняка помните Пикси: в пору, когда Майкл Росс работал в студии на Фицрой-стрит, она ему позировала. В результате получился чудесный портрет.
Пожалуйста, приезжайте в гости. Мы будем очень рады видеть Вас и Вашего мужа.
С наилучшими пожеланиями,
По возвращении в Германию Карен ждала, что Артур накажет и ее. Но он был невозмутим и погружен в себя. О происшествии в Кенте они не заговаривали.
Когда Хеде нашла ружье в кабинете Артура, Карен долго искала этому объяснений. Может, Майкл подарил ружье Артуру? Может, это другое ружье?
В глубине души она чувствовала: Артур понял, что случилось в парижском поезде, и наказал Майкла. Ружье — трофей. Карен понимала: нужно презирать мужа за зверства, но втайне радовалась, что способна вызвать такую ревность. Артур накажет любого, кто посмеет к ней приблизиться!
Извиняться за жестокость мужа толку нет, а больше ничего не сделаешь. Увидев шрам на лице Майкла и его искалеченные руки, Карен решила, что если первую измену Артур не заслужил, то вторую заслужил наверняка.
Майкл простил ее, и у Карен словно камень с души свалился. Он сказал, что хочет вновь пережить ту ночь в парижском поезде, и Карен захотелось того же.
Теперь Карен думала лишь о том, как покаяться перед мужем и убедить его, что она не виновата в том, что случилось в Кенте. Развода Артур не потребует — зачем вредить своей карьере? — он отплатит ей иначе.
С тех пор как родился Штефан, Артур заходил в спальню Карен, только когда ее хотел. После Англии он приходил всего раз. Карен проснулась в несусветную рань — за окнами едва рассвело — и увидела у кровати Артура. Его сапоги облепила земля, форма испачкалась, китель расстегнулся, волосы пахли железом.
Потом Карен поняла: желание мужа разожгла ненависть к Майклу Россу, а не любовь или прощение. Тот раз стал последним. Артур наказывал ее безразличием.
Рано или поздно это закончится, убеждала себя Карен. Он снова ее возжелает, и вместе с властью над ним она почувствует необыкновенный прилив новых сил. Наказание и вина испарятся, потому что Артур будет снова принадлежать ей, как она принадлежит ему.
Элизабет не прислала ни одного письма, и Карен тоже не писала. Сестра не поможет, она слишком далеко. К тому же разве Элизабет поймет, что все это случилось из-за нее?
