Ниидхард молчал, уставившись в пол. Он чувствовал, что если встретится с королевой взглядом, то не сможет противостоять её очарованию, её озорному блеску рубиновых глаз, и потеряет всякий рассудок.
— Моя леди. — Тихо проговорил он и запнулся.
— Да?
Аренетта снова подошла ближе, а Ниидхард сжал пальцы в кулаки.
— Я убью их для тебя! Нападения на башни были всего лишь твоим маленьким капризом, и Тирдасад не должен от него пострадать. — С этими словами он коротко поклонился и поспешил покинуть покои королевы. Заподозрила ли она что-то? Почувствовала ли его смятение? Ниидхард этого не знал. Он сдержался перед Аренеттой, затаив в сердце обиду и страх войны. Теперь же настал тот самый момент, когда он позволил своим нахлынувшим чувствам взять над собой верх.
Все представители королевской династии Тирдасада отличались взбалмошностью и некоторым легкомыслием. Ниидхард же всегда пытался сгладить последствия от того, что делали иногда верховные ведьмы. Они во многом учитывали советы и прислушивались к предложениям своего военачальника.
За восемьсот лет Тирдасад пережил немало военных столкновений. Всегда Ниидхард более или менее успешно справлялся с этими напастями: армия несла незначительные потери, а города оставались в безопасности. Однако в голове его жила лишь одна мысль: любой здравомыслящий, кто воевал однажды, ни за что не захочет повторить этого снова. Ниидхард ненавидел войну и всячески старался оградить своих королей от мыслей начать её. В последний раз его не послушали около трёхсот лет назад. Королева Тирдасада, мать Аренетты, напала на сантарийские резервации, чтобы достать несколько пленников для экспериментов. Сантария была закрытой страной, где проживали лунные демоны, удивительные и опасные создания, которые не особо желали общаться с соседями. Королева мечтала создать потомков с особыми лунными рогами и добилась этого. Ниидхарду пришлось повозиться, чтобы отбить ответные атаки лунных демонов, а после вернуть нейтралитет с Сантарией.
Военачальник жил в постоянном напряжении и ожидании безумных идей от монархов. Сейчас он понял, что Аренетта планировала спровоцировать новую войну. Когда-то давно она уже намекала на это, но Ниидхард пресёк её мысли и заявил, что Тирдасаду это ни к чему. Однако королева, похоже, решила действовать без его ведома. Слишком юная, никогда не участвовавшая в битвах и не видевшая сотен смертей за раз, она совсем не понимала, что такое война. Ей виделись лишь красиво марширующие армии, грозные командиры и униженные противники. Аренетта хотела славы и триумфа для своего маленького государства, но не представляла, насколько эта слава могла быть больной и грязной.
Ниидхард со своими спутниками уже мчался через заснеженный лес. Благодаря своему таланту по части некромантии, у него прекрасно получалось управлять немёртвой лошадью. Он всё думал о том, что приказ королевы исполнить ещё не поздно. Намазать лезвие ядом и единожды ранить каждого — он непременно справился бы. Но он отказался от этой идеи. К тому же, после разговора с Аренеттой Ниидхард сотворил ещё кое-что непоправимое. Именно из-за этого поступка страх до сих пор не отпускал его. Он смотрел на дорогу единственным глазом, который будто остекленел, и не мог привести мысли в порядок. Вильдеррцы, немного ушедшие вперёд, о чём-то переговаривались, лишь изредка оборачиваясь на него.
День быстро сменился ночью: зимой темнело совсем рано. Затем снова наступило утро, мрачное и холодное. Путники решили сделать привал лишь к вечеру, когда лесная дорога привела их к небольшому озеру, покрытому тонкой коркой льда. Немёртвые чувствовали холод совсем не так как живые. Да и зима в Тирдасаде была не сильно морозная, поэтому окоченение им не грозило.
— Надо бы искупаться. — Сказала Гвиг`Дарр, осматривая свои руки. — Кожа начинает высыхать.
— Точно! А вы взяли с собой травяную смесь? — Леви не стал терять времени. Он быстро скинул всю одежду и с разбегу прыгнул в озеро. Послышался звонкий хруст льда и всплеск.
Гвиг достала из походной сумки небольшой мешочек и высыпала его содержимое в прорубь, которую только что проделал Леви.
— Что это? — Ниидхард молчал почти целые сутки, да и вопрос свой задал очень нерешительно.
— Ты такое не используешь? Это то, чего тебе, очевидно, не хватает. Травы, которые помогают поддерживать некротические связи в наших организмах. Без них, конечно, жить можно, но самочувствие немного хуже. И внешность тоже более приятная становится. — Пояснил Антонис. — Советую искупаться в этой водице.
— Я для этих целей варю эликсиры, видимо, схожие по составу. Пью их, и лучше становится. Ещё с военных времён рецепт не менялся
— Однако годы показали, что купания эффективнее. Ты попробуй!
Время было за полночь, когда все искупались, обсохли, собрались и продолжили путь. Ниидхард по-прежнему был неразговорчив, но Гвиг заметила, что он уже несколько раз хотел что-то сказать: искоса поглядывал то на неё, то на Антониса, открывал рот, но тут же отворачивался.
