Гвиг быстро добралась до храма и с помощью призванных зомби дотащила тело до своей комнаты. Несколько знакомых, встреченных на лестницах, с любопытством косились на процессию и даже спрашивали, что это она собралась делать. Гвиг лишь загадочно улыбалась и говорила, что скоро все обо всём узнают.
Тело ведьмы оказалось довольно тяжёлым. Положив его на алтарь, Гвиг мокрым полотенцем стёрла остатки масла, и ещё раз внимательно всё рассмотрела. Только теперь ей стало понятно, что Бэл нанёс женщине поочерёдно два смертельных ранения: в сердце и в голову. Неизвестно, какое из них было первым, но скорее всего оба останутся незажившими. Глаза мёртвой ведьмы были закрыты, но Гвиг постоянно казалось, что та вот-вот оживёт. Смерть, по словам Бэлриггена, наступила около недели назад, но от тела всё ещё исходил слабый магический фон — ощущения от этого были жуткие.
Когда пришли Антонис и Золо, всё уже было готово к операции. На столике стояли растворы, необходимые для работы, и лежал пустой связующий кристалл для души лича. Он был совсем малюсенький и помещался в грудь между рёбер, после чего обрастал тонким слоем плоти. Тело на алтаре хоть и не подавало признаков жизни, но излучало зловещую атмосферу. Золо медлила, глядя на него: стояла рядом и теребила пальцами пуговицу платья.
— Ты не уверена? Может быть тогда не стоит? — Спросила Гвиг.
Девочка помотала головой.
— Может, я слишком много выдумываю, но для меня это знак. Я должна стать другой: исправить свой поганый характер, и вместе с тем не впитать в себя зло, которое было присуще ей. Звучит как испытание.
— Да, ты слишком много выдумываешь. — Заключил Антонис и протянул ей банку с моментальным снотворным. — Умри, Золо, и возродись нормальной. Мы приложим все усилия.
— Мне кажется даже в новом теле я всё ещё буду тебя ненавидеть. — Девочка поморщилась, села на кровать, и поставила на столик свою филактерию. Затем быстро проглотила таблетку и тут же повалилась боком на подушку.
Гвиг подошла к Золо и расстегнула её платье, обнажив грудь, где еле-еле виднелся шрам от старого надреза, который делал и залечивал ещё Норксис. Волнение уже не так сильно захлёстывало её, как в первый раз, когда их остановил Повелитель. Антонис тоже выглядел спокойным. Он опустил кристалл в специальный раствор, который способствовал более прочному соединению камня с душой. Гвиг в этот момент провела по груди Золо скальпелем, из раны тут же стала сочиться слизь.
— Руки. — Напомнил Антонис.
Гвиг опустила кисти в большую чашу и почувствовала жжение. При воскрешениях такое зелье не использовалось, но при работе с кристаллами и филактериями рекомендовалось защищать свою собственную плоть от их сильных взаимодействий.
Найти что-то инородное в грудной клетке удалось не сразу. Гвиг повесила световую сферу низко над кроватью и запустила пальцы внутрь. Через какое-то время глаз зацепился за что-то блестящее: связующий кристалл, переливающийся всеми оттенками зелёного, был чуть меньше фаланги пальца Гвиг. Она сперва испугалась, что из-за слизи он выскользнет и куда-нибудь закатится, поэтому поспешила оставить его на столе. Пока камень был у неё в руке, Гвиг чувствовала, как его притягивало к филактерии. Напряжение между капсулой и кристаллом было ощутимое.
— Что теперь?
— Есть что-нибудь тяжёлое? — Антонис переложил старый кристалл на пол. — Я разобью его, а ты прочитаешь заклинание и установишь новую связь. Спешить не нужно, душа всё равно из филактерии никуда не денется, но и медлить тоже ни к чему. Я бы уже быстрее закрыл за этой девчонкой дверцу печи и увидел на её месте нормального взрослого человека.
Гвиг протянула Антонису каменный молоточек. Обычно им она колола скорлупу орехов и дробила камни в крошку. С виду хрупкий кристалл оказался прочнее некоторых пород. У некроманта получилось расколоть его за несколько сильных ударов. Гвиг почувствовала, как исчезла связующая энергия.
— Получается, теперь у нас есть лич без тела? Вся сущность Золо заключена в эту филактерию?
— Да. Может, так и оставим? Она такая хорошая, когда там сидит и молчит. — Антонис рассмеялся и Гвиг вместе с ним.
— Неплохая идея. Расстроится разве что Джанис.
— Мда, именно поэтому придётся продолжить. Осталось немного.
