Антонис усмехнулся. Ещё в прошлый раз он увидел, что Леви был весьма хорош в бою, но, возможно, ему недоставало опыта. К тому же, эльф ловко управлялся с парными короткими мечами: такой стиль считался довольно редким среди немёртвых.
Тренировочный бой с интересным противником поднимал настроение. Клинки свистели, разрубая воздух, глаза обоих горели азартом. Они уже нанесли друг другу несколько ранений, после которых живые точно бы были вынуждены остановиться, однако, этот бой никто из них заканчивать не желал. Леви хищно улыбался то отскакивая в сторону, то приближаясь и атакуя. Антонис не спускал с него глаз и даже не сразу заметил, что уже какое-то время из-за ограды за ними с интересом наблюдал Редгард. Некромант отвлёкся и пропустил удар, эльф оставил глубокий порез на его левой ноге.
Появление магистра хоть и было неожиданным, но ничуть не смутило Антониса и Леви. Они ещё яростнее стали махать мечами и участили атаки. В процессе некромант пытался изучать типичные движения противника, но не спешил выкладывать результаты своих наблюдений. Лишь когда Леви совершил очередную атаку, Антонис, уклонившись, сделал внезапный выпад и замер, приставив острие клинка к горлу эльфа. Тот опустил мечи и заулыбался ещё шире.
— Вот это да! Я вообще не почувствовал, что нахожусь на тренировке. Всё было будто по-настоящему, я даже пару раз испугался, что умру, хотя понимал, что это невозможно!
Восторженный эльф без всяких стеснений высказывал свои впечатления от боя. Антонис давно не слышал ничего подобного: обычно воины были скупы на похвалу и уж тем более на такие эмоции. Леви же был готов описать каждое проделанное движение, обсудить каждый приём. Казалось, что от его недавней злобы на некроманта не осталось и следа. Такие перемены настроения не были свойственны немёртвым, и Антонис терялся в догадках: то ли эльфийская натура сама по себе настолько отличалась от людской, то ли это взрывной характер Левиареля не укладывался в телесной оболочке и рвался наружу.
На несколько дней все обиды и трудности как будто перестали существовать. Леви было не вытащить с плаца. Когда Антонис сказал, что ему необходим отдых, эльф неведомым образом смог раздразнить и вызвать на бой Редгарда, тренировавшего отряд воинов неподалёку. Магистр высоко оценил боевые качества юноши, от чего у Леви лишь прибавилось духу и гордости.
Антонис сидел на земле, опёршись спиной на низенький деревянный забор, огораживающий плац, и наблюдал за дуэлью, когда у него над ухом зазвенел голос Джанис.
— Вам ещё не надоело здесь торчать?
— Ты не представляешь, как сильно надоело, но я рад, что он хоть чем-то настолько увлёкся. И правда, как ребёнок: нашёл что-то по нраву, и теперь за уши не оттянуть.
Антонис поднялся и увидел Джанис и Гвиг`Дарр. Обе выглядели нарядно, очевидно, провели у зеркала не один час.
— Мы собираемся пойти, выпить. Предлагаю вам присоединиться.
— Придётся немного подождать, пока они закончат. — Усмехнулся Антонис.
— Ох уж эти вояки! — Фыркнула Джанис. — Как можно игры в солдатиков предпочесть обществу прекрасных дам?
— Если не будет этих солдатиков, дорогая Джанис, — не прекращая битвы прокричал Редгард, — то наши дамы не смогут спать спокойно и не будут такими прекрасными!
Джанис кокетливо отвела взгляд: она не ожидала, что её реплика достигла ушей дуэлянтов. Магистр улыбался и с лёгкостью отбивал атаки Леви. Эльф, может, и смог бы сражаться с ним на равных, но не желал признавать, что устал и довольно сильно. Их бой не затянулся, и вскоре четверо, распрощавшись с Редгардом, зашагали по направлению к Вильдерру.
Существовала ли на самом деле женская интуиция, или их появление в таверне именно в этот день стало удачным совпадением — Антонис понять не смог. Однако какие-то сакральные смыслы так и просились быть вписанными в ситуацию. Их вечер только начинался, Джанис озаряла всех своей улыбкой и развлекала болтовнёй, Леви выглядел усталым, но счастливым. Гвиг`Дарр, как и всегда, не выделялась, но взгляд её был сосредоточен на собеседниках, хоть и думала она о чём-то своём.
Шум они услышали ещё с улицы. Звуки говорили о том, что, кто-то отвёл лошадь на коновязь, затем медленно прошагал к входной двери. Все, кто сидели в зале повернули головы.
На пороге таверны возник Бэлригген. Судя по виду, он прибыл сюда сразу с поля боя. Его лёгкий доспех пришёл в негодность, одежда испачкалась и изодралась. В некоторых местах из необработанных ран сочилась кровь. Эльф, хромая, подошёл к сидящей компании своих друзей и опёрся руками на стол.
— Всё! Всё закончилось! Я надеюсь, этот самодур в последний раз присылал своих солдат на Рауделль. Если… ещё раз… — он не нашёл сил, чтобы договорить свою угрозу.
Проходящая мимо официантка подвинула стул, на который эльф тут же плюхнулся. Леви сидел, широко раскрыв рот и глаза. Остальные оценивали состояние Бэлриггена. Было похоже, что ещё немного, и тот потеряет сознание.
Антонис встал и быстрым шагом подошёл к стойке, за которой встревоженная девушка ждала его распоряжений.
