На то, чтобы перешерстить все десять папок, найти вышеперечисленные странности — а также возможный признак того, что на фабрике ситца в Кордэ воруют, не стесняясь — и изложить их в письменно виде красивым разборчивым почерком, у аудиторов ушло чуть больше двух часов.
Но с этими живыми компьютерами — та же проблема, что и с электронными. Они могут найти и обработать данные. Но сделать из них выводы ты должна сама.
Компьютер за тебя думать не будет.
Так что ресницами глупо не хлопай, взгляд в мони… в бумаги — и работай, работай.
Кристина вздохнула и снова склонилась над столом в своем кабинете.
Часы пробили двенадцать раз. Полночь.
Время появления призраков. И…
Слегка, совсем незаметно, колыхнулся воздух.
— Добрый вечер, господин Гримодан.
Рекомый Гримодан, нимало не смущаясь, все так же бесшумно скользнул из-за спины «госпожи Эллинэ» и оказался перед ее глазами.
Одетый в черные мешковатые куртку и штаны, похожие на стереотипный костюм ниндзя (каковой ниндзя носили только в пьесах, но Гримодан об этом, как и о самом факте существования ниндзя, естественно, не знал. Или ему было плевать). Образ дополняла черная полумаска, с прорезями для глаз.
«Ниндзя», не останавливая движение, скинул маску, выдернул откуда-то из-за плеч черный блин, с легким хлопком развернувшийся в шляпу-цилиндр. Быстрое движение пальцев — под распахнутым воротом крутки оказались отвороты фрака и золотистый «слюнявчик», который в этом мире заменял галстук-бабочку. От пояса развернулись вниз полы, под черными перчатками обнаружились белые лайковые, секунда — и вместо опереточного злодея перед Кристиной оказался элегантно одетый светский повеса.
— Меня вы звали, вот, я появился, — негромко провыл он, явно намекая на арию из оперы.
Настоящий облик Гримодана оказался… никакой. Серый, незапоминающийся, отвернешься и забудешь через секунду. Не зря в облике официанта он смог подсунуть ей свою записку, а она даже не запомнила, что к ней подходил кто-то кроме полковника, подружки и писателя.
Нос, не длинный и не короткий, не широкий и не узкий. Точно так же можно было бы описать губы… и лоб… и уши… и щеки… Брови светлые, ровно настолько, чтобы их нельзя было назвать ни белесыми, ни темными. Глаза того невыразительного цвета, в котором можно обнаружить и синеву и сероту и зелень. Ресницы настолько средние, что совершенно не обращают на себя внимание, так что отвернись сейчас Кристина — и она не смогла бы сказать, были ли у полуночного гостя вообще ресницы. Светло-русые волосы тусклого серого оттенка, средней длины.
Идеальная внешность для того, кто не хочет, чтобы его запоминали.
Губы раздвинулись в ослепительной улыбке, чертовски обаятельной и веселой. Впрочем, у этого талантливого господина наверняка был целый набор разнообразных улыбок на все случаи жизни.
— Ну что ж, — сказала Кристина, — испытание вы прошли. Кстати, моя охрана не ищет проникшего в дом с собаками?
— Вы обижаете мой профессионализм. Она не станет никого искать, даже когда я покину вас. Кстати, а если бы я не смог, вернее, не стал бы проходить это ваше испытание? Кто бы тогда помогал вам справиться со Спектром и Советом Мудрейших?
— Кто-нибудь другой. Более… профессиональный.
— Таких нет, — необидчиво усмехнулся Гримодан.
— Тогда никто. Как подсказывает мой опыт руководства — лучше уж Никто, чем тот, кто может подвести тогда, когда на него рассчитываешь. На Никто ты хотя бы не надеешься изначально. Впрочем, учитывая ваше появление — это чисто умозрительное рассуждение. Чай, кофе?
— Чай, если можно, — светски склонил голову гость, — Только я на секунду исчезну, когда его вам принесут, если не возражаете.
— О, нисколько.
Гримодан отпил крошечный глоток и бесшумно поставил чашечку на блюдце:
— Хороший чай. Никакого привкуса ржавых опилок. Но давайте перейдем к делу. Моя задача?
— Для начала — расскажите о нашей первой встрече. Если можно — дословно. Что я хотела, что я сказала?
Гримодан на секунду задумался. Или, вероятно, воспроизводил в памяти ту встречу.
— Практически ничего. Вы не хотели надолго пропадать из поля зрения возможной слежки, поэтому я встретился с вами в ресторане «Белая мельница» под видом официанта, принесшего ваш заказ в отдельный кабинет. Мы поговорили, пока я расставлял блюда. Буквально несколько фраз. ВЫ посмотрели на меня, восхитились моей способностью к перевоплощению…
— Дословно.
— «Восхищена вашей способностью к перевоплощению».
— А нельзя ли весь разговор повторить, раз уж он был так короток?
Гримодан не высказал и не показал никакого недовольства «капризом» начальства, что не преминул бы сделать почти любой из прежних подчиненных Кристины. Положительно, он начинал ей нравиться. В профессиональном смысле, сугубо в профессиональном.
