Когда же Скарлетт спросила, что имеется в виду под «преимуществами», тетя сделала возмущенное лицо и ответила:
– Я думала, ты это уже поняла. Я думала, ты поняла, что не каждому повезло вырасти в такой большой семье. Твоя сила – это сила всех нас. И сила всех нас – это твоя сила.
Позже Летти будет объяснять нежелание иметь много знакомых и друзей, свою способность существовать, по сути, в одиночестве тем, что она всегда чувствовала за спиной многочисленную родню. У нее никогда не было ощущения земного одиночества.
По возвращении из Штатов родители Летти держали ответ перед тетей Аглаей. Они сидели в гостиной и, словно гимназисты, подробно и обстоятельно рассказывали о том, что увидели в Нью-Йорке.
– Так вы их пригласили в Париж? – на всякий случай спросила тетя Аглая.
– Конечно, – в одни голос ответили родители Скарлетт.
– Отлично! – воскликнула тетя, и с этой минуты началась подготовка к операции «Свадьба».
В Париже, равно как и в других городах Европы, да и мира, принято было отмечать торжества в ресторанах, кафе или в специально устроенных местах. Но тетя Аглая не признавала этот обычай. Когда речь шла о семейном торжестве – распахивались двери ее огромной квартиры, доставались огромные скатерти и раздвигались длинные столы. Тетя Аглая сохранила эту типично русскую привычку – созывать гостей в дом.
– Я сама всех посчитаю и извещу! – сказала она и принялась за дело. Ровно неделю она висела на телефоне, посылала телеграммы и писала срочные письма. Ровно неделю она составляла список гостей, которые должны были пожаловать на свадьбу ее любимой Скарлетт. Тетя Аглая детей не имела и с удовольствием растила девочку, тем более что мама Летти была больше занята своей личной жизнью. Надо сказать, что последнее обстоятельство не вызывало у тети Аглаи никакого раздражения. Она была мудра и любила говорить:
– У каждого свои задачи на этой земле. И они не всегда поражают воображение своей грандиозностью.
Наконец была назначена дата и стали съезжаться гости.
– Летти, девочка, я должна тебя предупредить: уже приехали тридцать человек, – сообщила мать Летти.
Летти деликатно осведомилась у мужа:
– Дик, а ты точно не хочешь позвонить отцу? Может, он полетит с нами в Париж? Познакомится с нашей семьей?
– Не хочу, дорогая, – отвечал Дик.
На этом тема родственников была закрыта. Впрочем, уже в самолете Летти сочла своим долгом предупредить мужа:
– Ты только не пугайся, нас очень много. Нас поздравить приехали тридцать человек. Почти.
– Да что ты! – удивление Дика было неподдельным, а в глазах загорелся интерес. – Это же здорово!
Летти вздохнула с облегчением. Им оставалось лететь всего пару часов, а там уже ее родной Париж, ее родители и тетя Аглая. Летти почувствовала себя сильной и счастливой.
Провидение все-таки стоит на страже наших интересов. Как только Летти и Дик сошли с трапа, как только такси, которое их везло, застряло в пробке на площади Бастилии, стало ясно, что вот и наступил их настоящий медовый месяц, а во всем, что происходило до этого момента, есть своя тайная логика и тайный смысл. Как только Летти и Дик оказались в городе, который их познакомил, они осознали, что такое их любовь. Они пережили заново все, что, так или иначе, оказалось скрыто суетой, буднями, хлопотами и переживаниями.
– Скарлетт, – торжественно произнес Дик, – я по гроб обязан Майлзу, Парижу и знакомой твоей мамы. Не видать мне тебя, если бы не они все.
– Дик, – так же торжественно отвечала Летти, – какое совпадение – я думала сейчас именно об этом.
Остаток пути они проделали, держась за руки. Таксист, пожилой араб, как и всякий работник сферы обслуживания, отличный психолог, на прощание подарил Летти бумажное сердечко. Такими украшают салоны автомобилей.
– Он подумал, что мы молодожены. И у нас медовый месяц, – улыбнулась Летти.
– Он правильно все понял, – обнял ее Дик.
Они поселились в маленьком отеле, рядом с домом тети Аглаи. Летти уже представила, сколько предстоит услышать упреков по этому поводу, но тут она была непреклонна – количество людей, обитавших у тетки, было таково, что вряд ли они с Диком смогли бы остаться наедине хоть на пять минут.
– Ричард, я очень рада с вами познакомиться, – произнесла тетя Аглая. – Как вы устроились? Мне очень жаль, что вы послушались Скарлетт и поселились в отеле. У нас здесь хватило бы места.
Дик слушал английский со странным акцентом и любовался тетей Аглаей: худая, прямая как жердь, с лицом, напоминавшим лицо жены, она была красива даже в своем возрасте.
– Спасибо вам большое, – улыбнулся Дик. – Но мы же будем рядом. У вас хороший английский язык.
– На всех языках я говорю с русским акцентом. Это при том, что родилась во Франции.
– Во всяком случае, английский язык это не портит.
– Спасибо. В доме у нас всегда разговаривали по-русски. И книг было много на русском языке. И песни слушали русские. Мы старались не потерять корни. Кстати, Летти тоже знает русский.
– Да что вы?! – Дик был удивлен. – Я даже не подозревал об этом.
– Она и разговаривает, и читает, и пишет. Впрочем, я стараюсь, чтобы это умели все наши.
