Мостовые отсутствовали полностью. Дороги были сплошь грунтовыми. Тротуары возле домов, расположенных на самых окраинных с юга улицах, отсутствовали. Это следует из экспликаций строений, составленных в результате инвентаризации Армгоркоммунотдела в 1929 г. В той части города, которая была отделена от "южного немецкого района" железной дорогой, возле своих жилищ армавирцы мостили тротуары, используя кирпичи и реже природные камни. Кирпичные тротуары во множестве дошли до наших дней. Они сохранились в районах старой застройки. Есть они и рядом с некоторыми домами к югу от железной дороги, которые построили немцы или их соседи. Тротуары эти в "южном немецком районе" коротенькие, и редко их покров тянется более чем на два дома подряд. Разумеется, нам трудно сказать, когда именно они появились, но по своему виду, а также по технике исполнения можно предположить, что ещё в первой половине или даже первой четверти ХХ в. У нас нет старых фотографий кирпичных тротуаров из немецких районов, но те, которые сохранились там до наших дней, очень похожи на изображённые на фото 32 и 33.
Фото 32 . Ул. Лермонтовская, 118
Фото 33. Ул. Халтурина, 43.
Бровка тротуара, похожего на те, что изображены выше, угадывается на фотографии дома по ул. Тургеневской, 34, сделанном в 1929 г. (фото 29). Напомним, что это дом до 1919 г. принадлежал Гейнриху Лейману
В целом район к югу от железной дороги и к западу от ул. Александровской (совр. Ефремова) оставлял впечатление глухой окраины. Не случайно, что здесь появилась улица именно с таким названием - "Глухая" (совр. Первомайская). Причём, чем далее от ул. Шереметьевской, на которой располагались, так сказать, два очага цивилизации в виде Довжиковой больницы и Александровского сада, тем более неустроенными и пустынными были улицы и кварталы.
Вплоть до конца 1920-х гг. в этом районе Армавира не было электричества, и с наступлением ночи улицы и переулки "южного немецкого района" погружались в темноту. Сегодняшнему городскому жителю трудно представить себе насколько непроглядной может быть ночь, чернильную темень которой не нарушает желтоватый свет на фасаде частного дома или, тем более, голубоватый конус света от уличного фонаря. Если в таком месте путника застигнет безлунная ночь, то ему не будет видно даже собственных ботинок. Именно про такие ночи говорят: "хоть глаз выколи". На большинстве улиц интересующего нас района до сих пор нет внешнего сетевого освещения. Что же тогда говорить о начале прошлого века? В те времена не стоило задерживаться допоздна и в одиночку пробираться домой, ориентируясь лишь на слабые отблески лучин, свечей или керосиновых ламп, проглядывавших кое-где через щели в закрытых ставнях, тем более, что район неспроста пользовался дурной славой.
В сторону от ул. Александровской, вплоть до ул. Маламинской (совр. Луначарского) на юге и до ул. Степной (совр. Свердлова) на востоке раскинулась Лесная площадь. В последующем она называлась Александровской площадью и ещё позже - площадью Труда. В начале ХХ в. это была огромная по своим размерам пустошь. Сегодня на её месте находится городской стадион, предприятие "Озеленитель", Зооветеринарный техникум, два сквера и один жилой квартал, структура которого явственно свидетельствует о его постепенной и поэтапной застройке уже в советские времена. Надо думать, что эта "площадь" в своё время должна была создавать у жителей близлежащих кварталов (в том числе и немцев) ощущение собственной заброшенности. Здесь Армавир по своей сути ещё очень долго оставался селом, несмотря ни на какие изменения официального статуса.
Жизнь в "южном немецком районе" была нелегка. Чего стоило одно отсутствие водопровода. Нам не известно ни одного действующего или заброшенного колодца в этом районе. Учитывая специфику армавирского ландшафта, с большой долей уверенности можно сказать, что их здесь и не было. Вода залегает близко от поверхности в северной - прикубанской части Армавира. На юг от реки рельеф неизменно идёт на подъём, и залегание почвенных вод в изучаемом районе должно быть слишком глубоким для рытья колодцев. О почти полном отсутствии здесь водопровода в досоветский и межвоенный период мы уже упоминали. Надо полагать, что вода добывалась здесь двумя основными способами: собиралась после дождя и покупалась у водовозов. Снабжение населения водой было в Армавире достаточно распространённым способом заработка. Известно, например, что до революции им активно промышляли персы. Это был один из характерных примеров профессиональной избирательности представителями одной из этнических групп жителей Армавира. Ещё одним выходом из положения могло быть бурение артезианских скважин. Из устных источников известно, что такие скважины были, но неизвестно где именно. Во всяком случае, технические возможности начала ХХ века вполне позволяли осуществить такого рода бурение.
