Свою деятельность на военном поприще Григорий Христофорович начал 16-летним юношей, в 1813 г. поступив юнкером в Гродненский гусарский полк. Около двух лет вместе с этим полком он участвовал в заграничных походах против наполеоновской армии. Свое боевое крещение молодой гусар получил в сражениях под Дрезденом, Кульмом, Лейпцигом и др. В составе русской армии Г.Х. Засс в марте 1814 г. победоносно вступил в Париж, после чего находился "во всех бывших во Франции сражениях, патрулях и перестрелках" .
Далее в упомянутой энциклопедической статье судьба Г.Х. Засса предстает в следующем виде: "За проявленную доблесть был награжден знаком отличия Военного Ордена и произведен в корнеты с назначением в Чугуевский уланский полк. По окончании военных действий за границей Засс перешел на службу в Псковский кирасирский полк, в 1820 г. в чине штабс-ротмистра, перевелся в Нижегородский драгунский полк, а в 1826 г. - в 43-й егерский полк и в том же году был произведен в майоры с назначением в Навагинский пехотный полк. С этим полком Засс участвовал в войне с Турцией на Кавказе в 1829 г. и за боевые отличия был награжден орденом святого Владимира 4 степени с бантом и чином подполковника. Только с назначением его в 1830 г. командиром Моздокского казачьего полка начинается настоящая боевая деятельность Засса на Кавказе, стяжавшая ему славу в рядах Кавказской армии и грозную репутацию среди горцев. Совершив с полком две экспедиции в Чечню и Дагестан в 1831 и 1832 гг. и награжденный чином полковника и орденом святой Анны 2 степени, Засс, зарекомендовавший себя отличной деятельностью, энергией и самостоятельностью, был назначен в 1833 г. командующим Баталпашинским участком Кубанской линии. Изучив хорошо характер горцев и не жалея денег, Засс имел всегда в своем распоряжении прекрасных лазутчиков, которые осведомляли его о сборе хищников, их намерениях и направлении набегов. [...] Желая отодвинуть аулы немирных горцев как можно далее от нашей кордонной линии, Засс систематически уничтожал горские селения вблизи Кубани и Лабы, налетая на аулы, уничтожая их и прокладывая, по примеру Ермолова, просеки по обоим берегам рр. Лабы и Ходзя. Так, в 1833 г. Засс с Навагинским пехотным полком и линейными казаками делал удачные поиски по рр. Урупу и Лабе против бесленеевцев, соединившихся с абадзехами и беглыми кабардинцами; в декабре 1834 г. ходил к р. Белой для наказания абадзехского старшины Алли-Харцицова; в феврале 1835 г. сделал набеги на убыхов в верховьях р. Чадаго и на Богосский аул у истоков р. Ходзи. Это смелое вторжение Засса в горы, до тех пор нетоптанные русской ногой, и в ущелья, считавшиеся непроходимыми, навело ужас на окрестных горцев, которые тотчас же явились просить забвения прошлого и покровительства русского правительства. В том же 1835 г. (С.К., В.Ш.: на самом деле в октябре 1834 г.) Засс был назначен командующим Кубанской линией, награжден золотой саблею с надписью "За храбрость", а в январе 1836 г. произведен в генерал-майоры. В этом году Засс произвел под своим личным начальством ряд экспедиций по р. Белой, побывал в верховьях р. Псефир, разорил там аул закубанских абреков, прошел по рр. Лабе и Кубани и, выйдя в тыл партии горцев, направлявшейся на Кисловодск, разбил и рассеял ее. Несмотря на тяжкие удары, которые Засс обрушивал на закубанских горцев, они уважали его за храбрость и верность слову. Никто так не умел пользоваться суеверием черкесов, как Засс. Всегда шутливый и веселый, он при помощи волшебных зеркал, панорамы, электрической машины, музыкальных табакерок и т.п. сильно действовал на воображение горцев и извлекал из того значительную для себя пользу. Особенно помогали Зассу внушать горцам уверенность в том, что ему известно все, что делается в аулах и в горах, панорамы, которые рисовал ему с мельчайшими подробностями специальный художник, сопровождавший Засса в экспедициях. Разными штуками и фокусами он сумел убедить черкесов, что может заговаривать пули, превращать порох в золото и т.п. В 1838 г., желая наказать 2 аула за обман, Засс сам обманул их, разыграв комедию своей смерти, и когда горцы уверились, что Засс умер, он в ту же ночь налетел нежданно на их аулы и сжег их.
