Едва ли не самой важной проблемой, которую мы пытаемся решить в нашей монографии, является вопрос о том, насколько правомерно совокупность жителей Армавира немецкой национальности (позволим себе этот термин) последней трети XIX в. - 1941 г. называть общиной? Насколько они вообще представляли собой некую общность? Что можно считать объединяющим их фактором или факторами и существовали ли они вообще? Насколько устойчивой по своему составу была немецкая часть армавирцев?
Так или иначе, но на вопрос о степени общности немцев Армавира отвечает вся эта книга. В процессе исследования эта проблема поворачивалась к нам различными гранями, и заинтересованный читатель, несомненно, увидит это в ходе дальнейшего повествования. В этой же части работы мы попытаемся ответить на тот вопрос, который был сформулирован нами последним. И в первую очередь мы затронем проблему мобильности немцев, охарактеризуем особенности их миграционных потоков, определивших появление в Армавире соответствующих групп российских немцев.
Была ли вообще некая устойчивая группа, некое ядро немецкой локальной группы в Армавире или эти люди вели "полукочевой" образ жизни, не задерживаясь нигде дольше, скажем, одного поколения? Этот важный вопрос мы также затронем ниже.
Сам факт формирования в Армавире одной из самых крупных немецких городских общин, расположенных за пределами Поволжья, стал возможен благодаря высокой мобильности немецкого населения России, что, разумеется, было замечено историками задолго до нас.
Во второй главе мы доказали, что примерно 97% немцев, проживавших в Армавире в досоветский период являлись бывшими колонистами. Из общего числа фамилий, упомянутых в генеалогическом справочнике (см. приложения), около 90% были выходцами из колоний Поволжья и только немногим более 10% немцев приехали в Армавир из других регионов. В таблице 4 (п.2.3.) "Регионы и населённые пункты, в которых проживали немецкие поселенцы до их переезда в Армавир в конце ХIX - начале ХХ вв." упомянуто 545 фамилий.
В предыдущем абзаце мы дважды использовали термин "фамилия" вместо привычного "семья". В русскоязычной традиции, в отличие от немецкоязычной, эти термины не могут сойти за синонимы, поэтому поясним, что же именно мы имели в виду. Ближе всего по смыслу к термину "фамилия" в нашей интерпретации мог бы быть термин "большая семья". Впрочем, это не вполне так, потому что под "фамилией" мы можем иметь в виду и малую семью, если в метрических книгах она упоминается единожды, а нередко и многократно, но только применительно к одной брачной паре. В то же время это и не просто перечень фамилий в алфавитном порядке, так как в генеалогическом справочнике назван и ряд семей однофамильцев, не являвшихся родственниками. С другой стороны, есть случаи, когда под одной фамилией упомянуты несколько брачных пар и, соответственно, их детей. С точки зрения, выявления миграционных потоков, такой подход не является научно недостаточным, кроме того, он не наносит ущерба сугубо генеалогической справочной информации. Таким образом, под "фамилией" в дальнейшем мы будем подразумевать большую или малую семью немцев, проживавших длительное или короткое время в Армавире и хотя бы однажды упомянутую в одном из видов метрических книг в качестве главных фигурантов события. Последнее означает, что в расчёт мы принимали только тех, кто родился, умер или венчался в Армавире. Разумеется, что брачных пар в метрических книгах лютеранского молитвенного дома за 30-летний период упоминалось гораздо больше, равно как и отдельных представителей российских немцев, если вести речь об умерших. Например, при подсчёте брачных пар, внесённых в генеалогический справочник, мы обнаружили 1 227 пар супругов, включая тех, кто упоминался единожды, а также был внесен в церковные книги по косвенному признаку (родители венчавшихся и родители умерших несовершеннолетних детей).
Насколько устойчивым было ядро этого социума, и было ли оно вообще? Как прочно оседали российские немцы в Армавире в конце XIX - начале ХХ вв.? Какую интенсивность и длительность имела миграция немцев в Армавир? Попытаемся ответить на эти вопросы.
Прежде всего, коснёмся проблемы хронологии миграции. Как указано выше, в период с 1897 по 1915 гг. численность немецкого населения Армавира увеличилась с 1 269 до 2 866 чел., то есть на 1597 чел., или на 125%. По нашим подсчётам, рождаемость среди немцев Армавира, если исходить из общего числа родившихся на 1 000 чел., в 1897 г. составляла 59 детей, в 1904 г. - свыше 58 детей, в 1908 г. - 52 ребёнка, в 1911 г. - около 54 детей, в 1915 г. - чуть более 39 детей. Всего же за эти годы родилось 2 247 детей (Приложение 2, таблица 1). За этот же период умерло 1 586 чел. (Приложение 3, таблица 2), в том числе детей до 5 лет 1 128 чел. (Таблица 6) или 71% от всех умерших немцев Армавира с 1897 по 1915 гг.
