Оторвавшись наконец от жутких фотографий, открываю окно браузера и заполняю графы заявления в загс. Перепечатываю данные Ромы на автомате и жму «отправить».
Задерживаюсь взглядом на его паспортной фотографии и не могу сдержать улыбку. Рома на ней красавчик. Смотрит прямо в камеру, губы плотно сжаты, желваки напряжены, скулы такие острые — обрезаться можно, а глаза добрые. Самые добрые на свете глаза у этого парня.
— Любуешься? — раздаётся над головой тихий голос Дроздова.
Он плюхается на диван напротив и устало проводит рукой по лицу, залпом выпивает стакан воды и только после этого расслабленно выдыхает. Словно не на встречу с клиентами ходил, а стаю гиен в джунглях повстречал и еле удрал от них.
— Ага, двуглавым орлом, который мерцает у тебя на лбу. Очень идёт. — Усмехнувшись, протягиваю паспорт хозяину.
— Всё получилось заполнить? Кредит случаем на меня не взяла?
— Взяла. А ещё фамилию твою решила взять. Понравилось, как звучит Елена Александровна Дроздова. Как тебе?
Судя по тяжёлому взгляду, каким меня награждает Рома, ему — никак. И он предпочёл бы, чтобы я немного помолчала. Буквально вижу, как он пытается ментально это транслировать.
— Скажи, что это очередная твоя шутка, — выдыхает, поражённо качая головой, словно от меня можно ждать чего угодно и он уже ничему не удивится.
Собираюсь немного сохранить интригу. Он не так давно меня знатно пристыдил тем, что мы просто притворяемся, поэтому вот ему моя маленькая месть. Пусть мучается неведением.
— Возможно, а может, и нет. В загсе узнаешь.
— Юмор у тебя своеобразный, Канарейкина. Хотел сказать: «Повезёт» же твоему мужу», — а потом вспомнил, что это же я.
— Будем считать, и тебе повезло. Разве нет? Такая удача выпала, правда всего на год.
— Да, я никак не нарадуюсь своему везению, — усмехаясь произносит Рома, и мне на секунду кажется, что в его голосе проскальзывают нотки нежности, но продолжает он уже безразлично: — Давай уже просто поедим, Лена.
Лучезарно улыбнувшись своей лучшей улыбкой, я придвигаю к себе тарелку с завтраком и принимаюсь за него. Даю Роме небольшую передышку и усыпляю бдительность.
Дождавшись, когда Дроздов тоже решит уделить внимание еде, уткнувшись в свой мобильный, решаюсь устроить небольшой допрос.
— Кто к тебе приезжал сейчас? — начинаю издалека.
— Клиент. Я же сказал. Отдал фотографии, получил деньги. Так это работает.
— Свадебные фото?
— Предметная съёмка.
— Оплавленных предметов?
Рома поднимает на меня тяжёлый взгляд, с грохотом бросая на тарелку вилку и нож и сжимает кулаки. Выглядит почти устрашающе, если б не красное пятно от кетчупа в уголке его губ. Мои глаза так и бегают по его лицу, постоянно спотыкаясь об это пятнышко. Мне стоит громадных усилий не улыбаться, а сохранять серьёзность момента.
— Твой длинный хорошенький нос опять залез куда не надо, Канарейкина? — раздражённо интересуется парень, подаваясь вперед и опираясь на сложенные на столе руки.
Прищуривается. Я тоже сужаю глаза. Привстав с диванчика, нависаю над нашим завтраком, потянувшись к Роме через разделяющее нас деревянное полотно столешницы. Со стороны мы, скорее всего, выглядим как воркующая после бурной ночи парочка. На самом деле глаза Ромы мечут в меня искры молний.
А я даже ничего не сделала! Задала только один вопрос, вероятно, не самый удобный.
— Если не хотел, чтобы я увидела что-то лишнее, стоило закрыть открытые папки. Прятать свои секреты нужно лучше, если не хочешь, чтоб о них кто-то узнал. Понятно?
— Мы ещё даже не поженились, а ведешь ты себя как настоящая жена.
— Репетирую самую важную роль в своей жизни. У тебя неприятности, Ром?
— Даже если и они, тебя это не касается. Не забивай свою светлую головку всякой ерундой. Подумай лучше о том, кто будет оплачивать банкет в сорок человек на нашей липовой свадьбе.
— У тебя всё упирается в деньги, — ворчу расстроенно, а потом меня осеняет: — Костенко говорил, тебе нужны деньги! Это из-за пожара? Сожгли всё твоё оборудование?
А на что ты снимаешь? Сожгли не твоё! Ты брал в аренду? И теперь должен большие суммы? Кому?
— Лена… — с досадой тянет Рома, расстроенный, что тему на свадьбу перевести не удалось.
Свадьба у нас ненастоящая и не вызывает во мне трепета и восторга, таких, которые подобает испытывать любой другой невесте. Меня больше интересует криминальная подоплёка пожара в студии Дроздова, о которой он явно не хочет рассказывать.
О деньгах я, конечно, тоже думаю.
Если нам всё-таки придётся арендовать ресторан, а я всё же надеюсь, до этого не дойдет, то мне придётся взять кредит. Фиктивную свадьбу оплачивать из кармана родителей рука не поднимется, а Дроздов, похоже, немного жлоб. Правда, не могу его за это винить. За ним в девять утра приезжает чёрный тонированный джип, а фотографии в его компьютере рассказали мне намного больше их хозяина.
— Что сразу Лена? Словно я виновница всех твоих бед? Виталик, значит, в курсе, что у тебя в жизни происходит, а мне ты рассказать не хочешь. Может, напомнить тебе, кто твой будущий тесть?
