– Папа, остановись! – попросил Скотт. – Мы и сами прекрасно знаем, кто такая Сьюзен и чем мы ей обязаны. Наверное, мы это понимаем еще лучше, чем ты. Есть только одно «но».
– В чем же дело? – с замиранием сердца спросил Бернард.
Он боялся, что именно сейчас дети вспомнят о Кароле.
– Ты сам сказал, что Сьюзен сделала нас семьей. Мы с Лотти поговорили и решили, что теперь ты должен жениться на Сьюзен! Ты же сам должен понимать, что она нужна нам, так же сильно, как и мы ей.
– Вот в том, что мы ей нужны, я совсем не уверен.
– Знаешь, папочка, мне кажется, что ты еще не совсем оправился от болезни, – спокойно сказала Шарлотта.
– То есть? – опешил Бернард.
До сих пор только Скотт позволял себе критиковать его.
– И слепому видно, что Сьюзен тебя любит, а значит, ты ей нужен. Да и к нам она очень хорошо относится. В общем, вы должны разобраться с вашими проблемами. А мы будем очень рады, если Сьюзен станет твоей женой.
– У тебя еще есть темы для беседы? А то мы собирались помочь Сью на кухне, – совершенно спокойно сказал Скотт. – Да, пап, у тебя все же есть вкус!
– Ни слова больше, – предупредил его Бернард.
Сын лишь пожал плечами и вышел из комнаты. Шарлотта подбежала к отцу и обвила его шею руками.
– Пап, Скотт прав, Сьюзен действительно отличный выбор! Она красивая, умная, добрая и очень ласковая. Если ты будешь чуть решительнее, ты сможешь добиться ее согласия. Хотя мне кажется, что она и так пойдет ради тебя на все. Просто как в сказке! Начинаю сама хотеть замуж!
– Даже не думай, – строго приказал ей Бернард.
– Какой же ты смешной, пап! – Шарлотта звонко поцеловала его в щеку и выбежала из кабинета.
Вот это да… – ошеломленно подумал Бернард. Дети совсем выросли, если уже начали указывать мне, что делать с женщинами! Не могу сказать, что мне это нравится, но разговор снял целую серию проблем. Мне и правда, нужно разобраться в своей личной жизни. А точнее развестись с Каролой, чтобы я мог с чистой совестью просить Сьюзен стать моей женой.
Бернард почувствовал, что он больше не боится думать о том, чтобы связать свою жизнь с жизнью Сьюзен. Он чувствовал, что она никогда не сможет предать, чувствовал ее искреннюю любовь, ее нежность. Бернард знал, что он верит Сьюзен, как самому себе.
Или даже больше! – подумал он и, весело насвистывая, вышел из комнаты.
Сьюзен суетилась у плиты, переживая за Бернарда. Она не знала, как дети отреагируют на то, что их отношения перешли на такой уровень. Сьюзен чувствовала, что они очень хорошо к ней относятся, и что с интересом наблюдают за ней и Бернардом. Но наблюдать – это одно, а увидеть своими глазами их в одной постели – совершенно другое!
Она так нервничала, что уронила на пол стопку тарелок.
– Сью, ты в порядке? – с тревогой спросил Скотт, подбегая к ней.
– Да, все отлично, просто выскользнули из рук, – пробормотала она, не смея поднять глаза на мальчика.
– Мы поговорили с папой. Ты нам нравишься, и мы знали, что все так закончится, – спокойно сообщил он. – Шарлотта даже очень рада этому.
– А ты?
– Ты нам действительно нравишься, Сью, и если ты сможешь сделать папу счастливым, то я буду только рад, что ты живешь в нашем доме.
– И все же тебя что-то смущает, Скотт!
– Да, я не знаю, сможет ли он сделать тебя счастливой, а я очень не хочу, чтобы ты от нас уходила, – мрачно закончил он.
– Я тоже этого очень не хочу, милый, – пробормотала Сьюзен и обняла его. – Я верю, что у нас все будет хорошо.
– Мой любимый братец, как всегда, разбил тарелки? – с усмешкой спросила Шарлотта.
– Нет, тарелки разбила я.
– Не стоило так волноваться! – беспечно сказала девочка. – Нет не решаемых вопросов. Вот только нам придется поторопить папу. А то он может затянуть все на несколько лет!
– Что все? – не поняла Сьюзен. Скотт лишь махнул рукой.
– Это наши проблемы, а не твои. Что у нас на обед?
Через час они накрыли стол. Сьюзен заставила детей переодеться к обеду и сама поднялась наверх, чтобы привести себя в порядок. Все же сегодня не совсем обычный обед! Но сердце ее тревожно билось в груди. Только сейчас она поняла, что Бернард куда-то делся. Липкий страх наполнил ее сердце. Дрожащими руками Сьюзен расстегивала платье, пытаясь убедить себя, что ничего не случилось.
Не было никакого повода. С детьми он разобрался, наша первая ссора так и не стала раздором с взаимными обвинениями и битьем посуды. Хотя нет, посуду я все же разбила! Сьюзен невесело усмехнулась. Сейчас все просто отлично! Может быть, он переживает из-за того, что вступил со мной в связь, когда еще не разведен? Но я же чувствую, что он давно не считает Каролу своей женой! Любовь к ней перегорела, как прошлогодняя листва. Это освобождение далось ему тяжело, но Бернард все же справился. Где же он, черт возьми?!
Сьюзен не выдержала напряжения и сердито рванула пуговицы, которые никак не хотели расстегиваться. Словно градины, они попадали на пол с тихим стуком.
Ну вот… Мама была права, когда говорила, что у меня необузданный нрав! Теперь придется браться за нитку с иголкой.
