— Советы оставьте при себе, хозяюшка, — Кривой кивнул громилам. — Мы тут осмотримся пока. Глядишь, память к вам и вернётся.
Один из бандитов демонстративно взялся за стеллаж, собираясь опрокинуть бутылки с алкоголем.
— Подожди-ка! — женщина вскинула руки. — Кое-что я помню! Только… правда не знаю, куда он пошёл. Он просто купил продукты и ушёл.
— А как выглядел? — хмыкнул Кривой. — Приметы какие-нибудь?
— Молодой, хорошо одетый… — она на секунду прикрыла глаза, вспоминая. — И родинка… да, родинка под левым глазом, симпатичная такая.
Кривой медленно улыбнулся. Родинка под левым глазом — уже кое-что. К тому же, не так много в городе молодых людей, покупающих морошку в сиропе.
— Благодарствуем, хозяюшка, — он сунул в рот леденец с прилавка. — Вы нам очень помогли.
Выйдя на улицу, потёр руки. Круг поиска всё ещё широк, но теперь у них есть конкретная примета. А главное — они ищут не просто какого-то бродягу. Приличный молодой человек с родинкой под глазом, мать его. Интересно, что на это скажет Хромой Фёдор?
Интерлюдия
Утренний свет струился через высокие окна аудитории, играя бликами на партах. Место Волкова пустовало второй день подряд.
— Видать, неплохо ему досталось в том показательном бою, — протянул Семён, разваливаясь на стуле. — Не каждый день приходится драться с Инициированным.
— Ты что, слепой? — Михаил резко развернулся. — Волков вообще-то победил в той дуэли. Или ты пропустил момент, когда он уложил второкурсника?
— Ага, победил, — Семён скривил губы. — А потом кровью харкал. Видел я, как он с арены выходил — еле ноги волочил, наш «великий победитель».
— Применил грязные трюки и гордится, — вмешалась Светлана. — Хотя чего ещё ждать от…
— От кого? — голос Екатерины прозвучал внезапно резко.
Все обернулись.
Она сидела прямо, сжав перо. В серых глазах — явный вызов.
— О честности говорите? — её голос был абсолютно уверенным. — А то, что против него выставили Инициированного, когда его эфирные сосуды были повреждены — это, по-вашему, честно? Поединок изначально был грязным. И не с той стороны, с какой вы все думаете.
В аудитории повисла неловкая тишина.
…
Кабинет ректора купался в утреннем свете. Виктория Александровна читала древний фолиант, когда в дверь деликатно постучали.
— Войдите.
— Госпожа, телеграмма от архимагистра Воронцова, срочная, — секретарша замерла на пороге, держа узкий конверт.
— Прочти, — Виктория не отрывалась от текста. — У меня тут довольно интересный параграф.
— Конечно, — секретарша тотчас раскрыла коверт и приступила. — Госпожа Виктория Александровна! Касательно проведения турнира. Ваши ученики произвели впечатление. Возможно, среди них загорятся новые звёзды.
Она сделала паузу, перевернув телеграмму.
— И постскриптум: Кстати, о юноше с зелёным лицом — его выступление было особенно запоминающимся. Буду рад увидеть его в составе команды. Подпись — Воронцов.
Виктория медленно отложила фолиант и поднялась из-за стола. Турнир Эфирных Боевых Искусств. Само приглашение на него уже было признанием. Пусть их академия считалась посредственной, но теперь…
— Подготовьте список лучших курсантов, — прозвучал по-деловому её тон. — Особенно тех, кто показал себя в практических дисциплинах. Проверьте их успеваемость, дисциплинарные записи. Нам нужна безупречная команда.
— А как быть с Волковым? — секретарша нервно поправила очки. — Уважаемый Архимагистр Воронцов явно дал понять, что хочет видеть его среди участников.
Виктория подошла к окну. Там, где совсем недавно красовалась вытоптанная на снегу нелепая надпись с признанием в любви, теперь расстилалась нетронутая белая гладь. Губы ректора растянулись в улыбке.
— Раз уж сам Воронцов проявил к нему интерес, пусть будет в команде. Но, — её голос стал жёстче, — он не должен опозорить академию. Распорядитесь, чтобы медики занялись полным восстановлением его эфирных сосудов. Проведите курс восстановительной терапии.
— Будет сделано, госпожа, — секретарша поклонилась и поспешила к выходу.
Дверь закрылась, и Виктория снова посмотрела в окно. В небе собирались хмурые тучи, обещая новый снегопад.
— И почему ты не пришёл сегодня, Волков? — произнесла она тихо. — Решил прогулять? Или снова влип в неприятности?
…
Наступил вечер. Пары кончились.
В пустой аудитории было холодно — эфирные обогреватели в ней давно отключили. Второкурсник Славик нервно теребил карман кителя, не решаясь поднять глаза. Остальные участники «наказания Волкова» жались по углам, стараясь держаться подальше от Игната Ковалева.
— Итак, — Игнат разглядывал вечерний двор академии через окно. — Объясните мне, как вы умудрились всё испортить?
— Мы загнали его в угол, как договаривались, — начал Тёма, держась за перебинтованную голову. — Но этот гад оказался таким шустрым. Подловил момент, когда я перелазил через забор, и…
— Повезло ему, — буркнул второй здоровяк. — Если б не этот чёртов снег, мы бы его…
