Позади наёмники, похватав оставшиеся зажигательные смеси, запрыгнули в экипаж без опознавательных гербов и скрылись в противоположном направлении. Миссия была завершена.
Демид смотрел в маленькое окошко кареты на отдаляющееся зарево. До ушей донеслись отчаянные крики людей, звон пожарных колоколов, лай собак. Кто-то уже пытался организовать тушение.
«Госпожа Волкова, — подумал старик с сожалением. — Слышал, она воспитывает внука одна. И куда теперь пойдёт без дома-то? Кто приютит старуху?»
Но вслух не сказал ничего. Трудно говорить, когда в горле стоит комок стыда за то, к чему ты причастен.
Карета набирала ход, увозя прочь от устроенного пожарища. Игнат откинулся на бархатные подушки, прикрыв глаза с таким видом будто, выполнил трудную, но необходимую работу.
Демид же думал о том, что рано или поздно любой гнусный поступок возвращается к тому, кто его затеял. И чем страшнее он, тем ужаснее будет расплата.
Утро в Академии Практической Эфирологии начиналось как обычно: сонные курсанты постепенно заполняли аудиторию, готовясь к лекции по теории эфирных потоков. Одни повторяли конспекты, другие обменивались последними сплетнями, а кто-то просто дремал, положив голову на скрещенные руки.
Дарья Вяземская — староста группы, пересчитывала присутствующих, делая пометки в журнале посещаемости. Внимательный взгляд скользил по рядам, отмечая отсутствующих.
«Странно, Волков опять не явился, — подумала она, поставив очередной крестик напротив его фамилии. — Уже третий день подряд. Случилось что?»
Входная дверь распахнулась, и в аудиторию влетел запыхавшийся Витька.
— Вы слышали⁈ — выпалил он, переводя дыхание. — Дом Сашки Волкова сгорел! Книжная лавка и квартира над ней — всё в пепел!
По аудитории прокатились возгласы. Кто-то присвистнул, пара особо впечатлительных барышень ахнули, а некоторые равнодушно пожали плечами — обычная реакция на чужую беду.
— Что? — Дарья похлопала глазами. — Когда это случилось?
— Этой ночью, — Витька охотно продолжил, видя, какое внимание привлекла новость. — Говорят, загорелось около двух часов ночи. К утру от лавки остались только обугленные стены.
Екатерина заметно побледнела.
— А что с самим Александром? Он… он в порядке?
— Пропал без вести, — Витька развёл руками. — Его бабушки не было дома, соседи говорят, она в отъезде. А вот сам Волков как сквозь землю провалился.
Елизавета прикрыла рот ладонью. Затем обменялась встревоженным взглядом с Екатериной.
— Может, он в госпитале? Или… сгорел вместе с лавкой…
— Никто не знает, всё ещё разгребают, — покачал головой Витёк. — Да и там вообще жуткая история. Не только у Волкова дом сгорел — половина переулка выгорела дотла! Лавки, гостиница, вроде как.
— Как такое могло произойти? — произнесла Дарья, хмурясь. — Чтобы столько домов разом…
— Говорят, началось с лавки Волковых, — вставил кто-то из осведомленных. — А дальше огонь перекинулся на соседние здания.
— Слышал я кое-что ещё, — подал голос Михаил, обычно молчаливый студент. — Говорят, сам Волков и виноват — забыл выключить эфирный нагреватель. Так что если кого и винить, то только его.
— Да-да, — поддержал его Брянцев, утром общавшийся с Ковалёвым и его компанией из параллельной группы. — Я тоже слышал, что его ищет служба правопорядка. Хотят допросить о причинах пожара.
По аудитории разнёсся гул обсуждений. Тут вошёл профессор, и все разговоры стихли. Но мысли о судьбе Александра Волкова остались в головах многих. Что случилось с их одногруппником? Жив ли? И действительно ли он устроил пожар?
Виктория Александровна Державина стояла у шкафа личного кабинета, рассеянно перебирая бумаги для предстоящего совещания. Мысли занимал турнир, подготовка команды и, что удивительно, наглый Волков. Дерзкий курсант, осмелившийся предложить ей абсурдную сделку. Впрочем, не совсем абсурдную, если быть честной с собой.
Эта его наглость в глазах, этот взгляд — столь прямой, оценивающий и совершенно не подобающий нищему курсанту при разговоре с ректором. В любом другом случае она бы уже давно вышвырнула подобного выскочку из Академии. Но этот Волков… Есть в нём что-то неуловимо иное. То, что она пока не может понять.
Деликатный стук в дверь прервал размышления.
— Войдите, — прозвучал строгий тон Виктории.
Секретарша — Мария Сергеевна вошла с очередной стопкой документов, но что-то в её выражении лица заставило Вику насторожиться. Обычно невозмутимая Мария определённо была взволнована.
— Виктория Александровна. Принесла отчёты по подготовке к турниру и… — она замялась.
— И? — Виктория приподняла бровь, чувствуя подступающее раздражение.
— И… новости. Не самые приятные, боюсь.
Державина отложила бумаги, сосредоточившись на собеседнице.
— Я вас слушаю, Мария Сергеевна. Только, пожалуйста, без театральных пауз.
Секретарь глубоко вздохнула, собираясь с духом.
— Этой ночью произошёл пожар в городе. Выгорела половина Кузнечного переулка. В том числе… — и снова запнулась.
— В том числе?
— В том числе книжная лавка Волковых. Дом полностью уничтожен, Виктория Александровна.
