Лиза тихо хихикнула, прикрыв рот ладонью, что вызвало среди других девушек приглушённое фырканье. Дамы-с, ревность — ужасное чувство, разъедающее изнутри, как ржавчина металл. С другой стороны — они, как и в любом другом мире, борются за лучшее место под солнцем. Тем более в аристократическом обществе погоня за статусом и влиянием приобретает совсем иные краски, нежели в других моделях государственности.
Только вот, меня такой расклад устраивает более чем. Пусть не рожден в роде высшей знати, но ведь могу прославить свой собственный. Разве нет? Всего-то нужно стать лучшим практиком. В прошлой жизни получилось, хоть и с неимоверными утратами, в этой же постараюсь обойтись без стольких жертв. Да и вообще, как напутствовала Ева, получить удовольствие. При том, всё просто. Чтобы не потерять друга — нужно просто ни с кем не дружить. А чтобы не видеть собственными глазами смерть любимой — достаточно не влюбляться.
Прям речь труса.
А ещё Витьку напутствовал.
Да уж, Сашка, никакой ты не сильнейший в мире практик.
Всего лишь человек, что боится, как и все.
…
Профессор Тальберг так и не успела до конца объяснить особенности потоков эфира, когда прозвенел звонок. В её старческих глазах раздражение — не успела закончить тему. Но поджала губы, закрыла потрепанный талмуд и строго произнесла:
— Повторите девятый и десятый параграфы к следующему занятию. И да, Ляпунова, жду вашу работу, которую вы должны были сдать ещё неделю назад.
Едва Тальберг покинула аудиторию, в дверях показалась дежурная из дисциплинарного отдела — третьекурсница с такой постной физиономией, будто объелась кислых яблок и выпила пару литров разочарования.
Синий китель с серебряной нашивкой дисциплинарного корпуса сразу приковал к себе взгляды курсантов. Оно и понятно. Ничего хорошего подобный визит не предвещал.
— Курсант Волков, — она произнесла мою фамилию неожиданно с уважением, я бы даже сказал с трепетом, — пройдёмте со мной.
По классу, естественно, прокатился взволнованный шепот. Лиза смотрела на меня с беспокойством. Переживает, что ли? Она просто не в курсе, что кое-кто больше не может ждать и хочет видеть меня прямо здесь и сейчас. Одна блондинка с третьего этажа. А ещё меня называла нетерпеливым. Получается, переиграл её?
Поднимаюсь и спокойно выхожу из класса за дежурной.
— Ректор? — спрашиваю у неё, даже не пытаясь скрыть скуку в голосе.
— Верно, — та внимательно посмотрела на меня, в попытке разгадать, откуда я мог знать. — Виктория Александровна вызвала вас к себе. Мне указано сопроводить вас.
— Понятно, — и киваю, пряча усмешку.
Мы шли по коридору, направляясь на верхний этаж административного крыла. Дежурная пыталась держаться строго, но то и дело ловил её косые взгляды.
— Впечатляющее выступление на турнире, — вдруг произнесла она, не выдержав тишины.
— Всего лишь удача и немного теоретической подготовки, — пожимаю плечами, изображая скромность.
— У вас есть пара на бал?
— Да.
— Если что-то изменится, буду рада потанцевать.
Всё это она сказала так спокойно и откровенно, что мне даже понравилось. Вот что значит — девушка постарше. Третьекурсница точно знает, чего хочет.
— Буду иметь ввиду.
На этом наша беседа подошла к концу, ведь показались двери приемной. Без стука входим внутрь. За секретарским столом восседала миниатюрная женщина с прической, напоминающей птичье гнездо.
— Волков к ректору, — отрапортовала дежурная, вытянувшись по струнке.
Секретарь бросила на меня взгляд и поднялась. Самолично открыла дверь и произнесла:
— Проходите, вас ждут.
— Благодарю, — киваю и прохожу через порог.
Сразу же улавливаю тонкий аромат духов.
Вика стояла у окна, спиной ко мне.
Ну что за фигурка, а?
Сегодня на ней строгое платье дымного цвета. Ещё и облегающее в нужных местах. Подол на пару сантиметров короче обычного, что демонстрировало стройные ноги. Золотые волосы спускались мягкими волнами, открывая изящную шею.
Закрываю за собой дверь, и она оборачивается. Ох, Вика-Виктория… Красота. Не юная, что у курсанток, а элегантная, утонченная. Впрочем, в характеристиках она ничем не уступает молоденьким барышням. Безупречная кожа, высокие скулы, чётко очерченные губы. А фигура… Встречал я принцесс, куртизанок, искусных танцовщиц, много всяко разных женщин, и Виктория могла посоперничать с любой из них. Наливная грудь, тонкая талия, соблазнительные бедра — идеальные пропорции, созданные далеко не для целомудренного восхищения, а для греховных дел. И как и любая другая женщина, она прекрасно знала власть своей красоты — вон как улыбнулась, когда поймала мой голодный взгляд.
— Волков, проходи, не стой на пороге, — её низкий бархатный голос лизнул мои барабанные перепонки. Ё-моё, кажется, я слишком долго не был с женщиной. Тело-то требует! Хотя, душа тоже, ха-х!
Молча подхожу к её столу.
— Поздравляю с победой, — она указала на кресло. — Вернее, с «ничьей» будет точнее. Весьма дипломатичное решение.
— Спасибо, — присаживаюсь в кресло, наблюдая, как она грациозно обходит стол и садится напротив.
