— Вот как, советница. А я-то думал, для вас мы все на одно лицо. Напыщенные солдафоны с претензией на цивилизованность.
— Не обольщайся, воин, — Фрея улыбнулась, но в глазах никакой мягкости. — Большинство из вас именно такие. Но есть и, как ты. Ты же не боишься смерти. Я права?
— Не боюсь, но уважаю, — держу её взгляд.
Она не моргала. Медленно улыбнулась:
— Вот как. Интересно. Откуда у юноши такая мудрость? Тебе же около двадцати зим.
— Сколько вопросов, — улыбаюсь в ответ. — Не знаю как у вас в племенах, но у нас подобное считается за флирт.
— Флирт? — не поняла Ингрид. Кажется, это слово её очень заинтересовало. Умора. Ингрид и флирт. Две параллельные, коим не суждено пересечься.
— Романтический интерес между мужчиной и женщиной, — пояснил я.
Фрея усмехнулась, улыбнувшись ещё шире:
— Я слишком стара для такого.
— Я бы так не сказал, — и оглядываю её ОЦЕНИВАЮЩЕ. Остановись, Саня! Это не сулит ничего хорошего! Только проблемы! Ау! Отведи взгляд!
— Имперец, — фыркнула Ингрид. СПАСИБО ЕЙ! Отвлекла. — Нам с советницей пора. Ты наш враг. Не забывай об этом. Просто необычный, но всё также враг.
Перевожу на неё взгляд:
— Да-да. Буду носить это звание с гордостью, — и усмехаюсь. — Что ж, дамы, я также вынужден откланяться. — киваю им. — Долг зовёт, капитанские обязанности и всё такое. Был рад, хм, познавательной беседе.
— До встречи, капитан Волков, — кивнула Фрея.
Ингрид что-то буркнула, мол вообще-то они первыми собирались уходить!
Но я уже обошёл их и по-шустрому зашагал вперёд, чувствуя спиной их взгляды. Нужно бы спустить пар! Точно. Соберу походный рюкзак и прогуляюсь в соседний лагерь! Очкастая симпатяшка сама же приглашала! Вспомнить бы её имя. Хотя, просто буду называть лапулей. Итак сойдёт.
…
Захожу в старую юрту-казарму, где ещё недавно делил скромный быт с другими штрафниками. Н-да. Странное ощущение — вернуться сюда уже капитаном. Будто прошла целая вечность, хотя в реальности минуло всего несколько дней.
Тепло и знакомый запах — пота, дешёвого табака и печки. Внутри практически пусто. Большинство обитателей сейчас на службе или тренировках. Только возле своей койки сидел Василий Анисимов, методично складывающий немногочисленные пожитки в потрёпанный вещмешок.
Услышав шаги, он поднял голову. Обветренное лицо с морщинами в уголках глаз осветилось сдержанной улыбкой.
— А вот и капитан Волков, — он поднялся, одёргивая форму. — Или можно просто «господин капитан»?
— Брось формальности, Василий, — отмахиваюсь, понимая его шутку.
Он хмыкнул, в его глазах появилась теплота:
— Собираюсь в дорогу, — и кивает на вещмешок. — Вечерним обозом до Петербурга. Не верится даже, что свободен. Три нашивки… Это ж почти как увидеть чудо.
— Ты заслужил, — хлопаю его по плечу и усаживаюсь на соседнюю койку. — Без тебя мы бы все там остались. Так что спасибо, что привёз обратно в целости и сохранности.
Василий покачал головой:
— Мелочи. — Он помолчал, сворачивая потрёпанную рубаху. Затем как-то слишком серьёзно произнёс: — Ты спас меня, Сань. Да не только меня. Всех нас. Так что если бы не ты, мои дети сейчас росли бы сиротами.
Что-то мне стало даже неловко. Никогда не умел принимать благодарности.
— Не преувеличивай. Я спасал не только тебя, но и самого себя. Обычный инстинкт самосохранения, ничего особенного.
— И всё-таки, — он серьёзно смотрел на меня. — Если когда-нибудь понадобится помощь. Любая. Ты знаешь, где меня найти.
Говорить что-то сейчас, мол забей или прочее, было бы не к месту, так что просто кивнул.
Анисимов кивнул в ответ. Закончил упаковывать вещи и затянул ремни на мешке. Движения точные, экономные.
— Интересный ты всё-таки парень, Сашка, — вдруг улыбнулся он. — Когда тебя только привезли, я подумал, ну, очередной отмороженный пацан, который вляпался в неприятности. Продержится неделю, максимум две. А ты… — он покачал головой. — Теперь вспоминаю наш первый разговор и понимаю — ты тут не спроста. Это твоё место и дело.
— Думаешь?
— Да, — он пожал плечами. — Ты слишком хорошо вписался. Будто всю жизнь готовился именно к этому. — Он тряхнул головой, отгоняя ещё какие-то непрошеные мысли. — В общем, если я могу как-то помочь, дай знать.
Задумываюсь на секунду. Он же в Питер едет. А значит…
— Вообще-то, есть одна просьба, — говорю, вынимая заготовленное ранним утром письмо. Хотел передать его через извозчика, но теперь есть идея получше. — Будешь в Петербурге, передай письмо Волковой Вере Николаевне. Адрес указан на обороте.
Василий кивнул.
— Твоя бабушка?
— Да. Единственный близкий человек, который у меня остался.
— Передам лично в руки, — твёрдо сказал он. — Можешь не сомневаться.
Мы посмотрели друг на друга, и я почувствовал странную грусть, что ли. Мы не были друзьями. Слишком мало времени провели вместе. Но деление тягот службы в «Чёрном Лебеде», совместная миссия, бой с северянами. Всё это создало связь, что трудно описать словами. Наверное, братство по оружию, так будет правильно.
Василий протянул руку:
— Ну что, до встречи, капитан Волков? Надеюсь, ещё свидимся в лучшие времена.
