— Это да. Хотя… — Мария наконец опустила монокль и взяла печенье у подруги. — Приятно видеть, что ещё остались мужики с яйцами. Тот зеленый хлыщ, Дмитриев, давно напрашивался.
— Знаешь его?
— Наслышана. Уже третья девушка за месяц. Предыдущие две молчали — семьи надавили. Боятся связываться с Дмитриевыми.
— А наш мальчик не боится, — Юлия улыбнулась. — Так жестоко вырубил того придурка.
— Профессионально сработал. — кивнула Мария, взяв второе печенье. — Точечный удар в основание черепа. Минимум сотрясение, максимум — неделя в больнице.
Они помолчали, наблюдая, как в номере Волкова гаснет свет.
— Кстати, а он ничего, — заметила Юля. — Плечистый. И эта растрёпанная причёска…
— Не увлекайся, — фыркнула Мария. — Он объект наблюдения, не более.
— Да ладно тебе! Сама-то на его задницу пялилась, когда он по карнизу лез.
— Профессиональная оценка физических параметров объекта, не более.
Обе тихо хихикнули.
— Но, а если серьёзно, — Юлия убрала печенье, снова стала деловой. — Что докладывать? Превышение заявленных способностей? Несанкционированное применение силы?
Мария пожала плечами:
— Напишем как есть. Объект проявил гражданскую сознательность. Предотвратил тяжкое преступление. Действовал в рамках необходимой самообороны третьего лица.
— И про физические параметры?
— Это обязательно. Пусть аналитики ломают голову, как мастер первой ступени двигается быстрее нас обеих.
— Может, спросить у него самого? — предложила Юлия. — Придем к нему в номер, представимся…
— Да-да, мечтай, — Мария закатила глаза. — И скажем: «Привет, мы из Тайной канцелярии, следим за тобой. Кстати, как ты так быстро двигаешься?»
— Ну, можно же как-то и изящнее…
— Забудь. Приказ — наблюдать и не вмешиваться. Пока он не представляет угрозы государственной безопасности.
— А если на него нападут?
Мария прищурила взгляд, глядя на боковое крыло гостиницы Астарии:
— Судя по увиденному, он справится. А если нет… тогда и вмешаемся. Но что-то мне подсказывает, помощь ему точно не нужна.
Внизу на улице появился ночной патруль. Двое городовых осматривали тело Павла Дмитриева, всё ещё валяющееся со спущенными штанами.
— О, нашли красавчика, — хихикнула Юлия. — Интересно, что в рапорте напишут?
— «Пьяный аристократ поскользнулся и упал», — предположила Мария. — Стандартная формулировка для таких случаев.
— Бедный папа-адмирал. Опять сыночка отмазывать.
— Сам виноват — распустил отпрыска. Вот наш подопечный его и воспитал. Народными методами.
Они ещё раз взглянули на тёмное окно номера Волкова.
— Кстати, как думаешь, он заметил нас? — спросила Юля.
— Возможно. В досье написано — повышенная чувствительность к наблюдению. Но пока не подаёт виду.
— Умный значит. Знает, что лучше не светить реальные способности.
— Или просто устал и хочет спать, — Мария отряхнула снег с плеча плаща.
«Ненормальный практик». Да, теперь обе понимали, откуда прозвище. Нормальные так не поступают. Нормальные спят, когда можно спать. И не встают посреди ночи спасать незнакомых девиц от пьяных ублюдков. А этот встаёт. Так кто он? Хороший парень? Или идиот? Время покажет.
Чердак дома напротив «Астарии».
Две женщины в форме «Тени» также наблюдали за происходящим через окно. Обеим за сорок, обе прошли огонь и воду.
— Быстрый, — майор Гусева поправила седую прядь, выбившуюся из-под капюшона. — Три секунды от выхода до удара.
— Угу, — капитан Волкова, однофамилица, но явно не родственница Александра, прищурилась. — И это после недели в дороге. Я бы на его месте спала как убитая.
— Вот поэтому он подполковник в восемнадцать, а ты всё ещё капитан в сорок пять.
— Очень смешно, Ир. Напомни, кто из нас получил выговор за «превышение полномочий» в прошлом месяце?
Гусева фыркнула:
— То был тактически обоснованный манёвр.
— Ты взорвала половину квартала.
— Зато британских шпионов там больше нет.
Внизу городовые грузили бессознательного Дмитриева в патрульную карету.
— Кстати, хороший удар, — заметила Волкова. — Точно в затылочный нерв. Парнишка знает анатомию.
— Парнишка? Он тебе в сыновья годится.
— Ну и что? Могу же я оценить его работу, как практика? Вон, смотри — даже следов не оставил. Ни крови, ни эфирной подписи.
Гусева достала термос с чаем, налила в две кружки:
— Да, он реально хорош. Держи.
Волкова взяла чай, отпила маленький глоточек, так как был слишком горячий и пробубнила:
— А ещё заметил нас.
— И нас, и тех двух из Тайной канцелярии на соседней крыше, — Гусева кивнула в сторону. — Видела, как он окно открывал? Специально пару секунд выждал — проверял периметр.
— Не глупый. Знает, что под наблюдением, но не дёргается. — снова отпила Волкова чай.
— Или уставший. Воробьёв докладывал — на них по дороге напали. Двадцать человек. А наш паренек половину сам положил. — сделала глоток Гусева.
Волкова присвистнула:
— Двадцать? И он — мастер первой ступени?
— По документам. По факту… — Гусева пожала плечами. — Не знаю даже. Видела же, как двигался. Это минимум вторая, а то и третья.
— Может, особая техника?
— Может. А может, скрывает что-то ещё. Умный ход, кстати. Меньше внимания от начальства.
