Подхожу к нему медленно, специально громко топая. Пусть каждый шаг отдаётся в его сердце набатом. Психологическое давление — своего рода тоже оружие.
— Кто вас нанял? Борода? — говорю ровно, спокойно, даже со скукой. Прям как палач перед казнью.
— Что? Борода? Ха… да ты даже не в курсе, кто объявил на тебя охоту… ха-хах… глупый пацан… Ты попал… Тебя поймают и прикончат. Очень херовым способом. — он пытается достать нож, но отшвыриваю его ногой.
Хватаю за горло одной рукой, поднимаю. Худой, а увесистый, килограмм девяносто. Впрочем для моих нынешних сил, как пушинка. Он дёргается, хрипит, царапает мою руку. Бесполезно.
— Раз ты в курсе, расскажи. И я так и быть, отпущу тебя, — каждое слово сопровождаю лёгким сжатием. Трахея хрустит.
— Гори… в аду! — выдавливает он.
— А это идея, — активирую эфир на ладони и поджариваю его шею.
Кожа зашкворчала как на сковороде.
Тот бьется в агонии, телепает ногами, как сука на призрачном велосипеде.
— С… стой… — хрипит, весь красный.
Деактивирую эфир, чуть ослабляю хватку.
— Конкретно… меня… нанял посредник Командир Стилвелл… Он охотник за такими как ты… Кому именно ты нужен — хер знает… Но бабла за тебя назначили немеренно…
— Откуда узнали, где меня искать?
— Сле… следили весь день! Потеряли днём, но знали — за повозкой вернёшься!
Ясно. Как и думал. Выходит из тех нескольких групп — одна, а может и не одна состоит из наёмников.
— Сколько вас всего?
— Три… три группы! По пять человек! Пятнадцать всего!
Пятнадцать охотников. Но сколько ещё таких может быть нанято?
Сжимаю горло сильнее. Хруст ломающихся хрящей, трахеи. Глаза лопоухого вылезают из орбит, язык вываливается. И обмякает.
Бросаю его на пол.
Арбалетчик у выхода такой здоровый, а визжит как сука. Руки разбиты в кровь. Стучит по контуру, который поставил его же напарник. Но бестолку.
— Эй, дровосек, ты не из Канады случаем? — окликиваю его.
Тот медленно оборачивается. В глазах — понимание, что он следующий.
— Стой на месте! — и срывается на визг, хватает арбалет. — Стой, или выстрелю! Клянусь, выстрелю!
Не даю договорить. Рывок. Пять метров преодолеваю за долю секунды. Он очевидно не успевает даже приложить палец к спуску. Выбиваю арбалет апперкотом — тот улетает под потолок. Перехватываю его накаченную руку, выворачиваю, ломаю в локте. Сустав вылетает, натягивает кожу. Вопль такой, что лошади с новыми силами бьются в стойлах.
Удар в челюсть — и груда мышц вырубается у тюка сена. Он ещё нужен, для «деловой» беседы.
Оглядываюсь, оценивая бойню. И тут слышу топот снаружи. Человек пять, не меньше. И бегут сюда. Вторая волна?
Интерлюдия.
Конюшня «Астарии»
Вторая группа охотников подбежала к конюшне и перешла на шаг. Тихий, осторожный, профессиональный. Пятеро мужчин в тёмной одежде — кожаные куртки, теплые штаны, ботинки, оружие на готове. Все активировали эфир. Подмастерья. Один даже третьей ступени. Неплохое подкрепление к первому отряду, который какого-то хрена до сих пор не вывел пацана с конюшни. Неуж-то решили поиздеваться? Тупые обсосы! Сказано было — брать живым! Вот и пришлось подкреплению выдвинуться с позиции. Двигались беззвучно, отработанными жестами обмениваясь сигналами. По сути всем было похрен, чего бояться? Но начальник наблюдает, а значит надо придерживаться так называемой блядской стратегии. Они же профи как-никак.
— Чего-то тихо, — прошептал Джек, самый молодой в группе. Двадцать два года, блондин, нервный тик в левом глазу. — Наши должны были дать сигнал. Два свиста — если взяли, три — если нужна помощь.
— Заткнись, щенок, — командир группы, рыжий ирландец по прозвищу Лис, поднял кулак — знак «стоп». — Бородач никогда не подавал сигналов. Может они решили позабавиться с щеглом. Проверим и выходим. Билл, прикрывай тыл. Малльком, следи за флангами.
Вошли внутрь через ворота конюшни. Фонарь у входа мигнул раз, другой — и погас окончательно. Тьма накрыла как чёрное одеяло, густая, осязаемая.
— Какого хрена… — Лис выругался, достал из кармана эфирный светлячок. Маленький кристалл, что активируется щелчком. — Всем приготовить светлячки.
И сам щелкнул своим. Голубоватый свет выхватил из тьмы картину, от коей даже у видавших виды наёмников перехватило дыхание.
Первая группа сгинула. Лопоухий с переломанной шеей валялся у кормушки. Другой с проломленным лицом, лежал неподалеку. Лысый с тату на лице скрючился у стойла, пена на губах — очевидно траванулся. И конюх у входа, практически обезглавленный.
— Дева Мария и все святые, — выдохнул молодой Джек.
Лошади в стойлах, завидев новых гостей, забились о стены, зафыркали, истошно заржали, копытами забили по доскам.
— Отряд, полная готовность, — Лис медленно двинулся вперёд, миниатюрный контурный щит в левой руке, в правой тесак. — Блядский выродок наверняка ранен и прячется где-то здесь. Проверяем каждый угол.
