–Слава Люции, что на одного спорящего меньше! -воскликнул Гогенцер. -Вы собираетесь взять себе очередную проблему. У вас итак проблемы с ангальтчанами, а богемцы вам не задолжали. После восстания Богемия сильно заняла у нас пару десятков тысяч марок для восстановления хозяйства. До сих пор не вернула. А еще у вас и так владение многонациональное! Не дай Люция восстание очередное.
–И что? Если мы войдем страну, то мигом поможем Дорнвудам оплатить все долги. А то, что мы не можем до сих пор нормально подружиться с ангальтчанами ничего не говорит, -ответил император. -И вообще, Гогенцер. Что за манера такая общаться с императором так?
–Уже поздно это решать. Отдайте Богемию! Наша самая стойкая часть Империи сможет все исправить! -встал Гогенцер.
–Так вот ты как с императором! Убирайся, раз перечишь императору!
Курфюрст встал со стула и поспешил к выходу. У него было бешеное лицо. Он не смог защитить интересы своей семьи. Перед уходом он воскликнул возле дверей императору:
–Это подстава. Венценосные вспомнят это, когда обнажат свои мечи!
Густав устал уже слушать всех. Богемия была последним пунктом в Рейхстаге. Он объявил об окончании собрания и без каких-либо прощаний просто ушел, не подождав даже брата. Вот так Габурги и Гогенцеры не любят друг друга на протяжении всей истории. Из-за обычной мелочи они готовы перерезать друг другу глотки. Теперь актуальным стало противостояние не миттов и ангальтчан, а миттов и тарландцев. Богемия всегда была полем сражений этих двух великих домов и народов. Грядет что-то тёмное. В святилищах жрецы называют такое время эпохой господства «Тёмного Притока» над миром, когда жажда делать страдания и беды достигают пика и становятся обычным в обществе явлениями.
Эрика
Одинокая повозка ехала вдоль Майнца. Её кучерам пришлось проехать по лесам Голдбурга, чтобы не обратить внимание на глаза прохожих.
Эта повозка стала последней, которая сумела уехать невредимой из мятежного города. Она перевозила самого важного пассажира страны. Два герра, сын герцога и простой человек перевозили творение Святой Люции. Эрика фон Лакур все ещё не оправилась от яда. Её сон был крепким на протяжении четырёх дней. Лишь утром в день своих именин она очнулась в деревянной полоске под храпом герра Риттманна. Герр Эльмунд руками шлепал рыцаря по щеке, но тот не просыпался. После этого Эрика предложила свою тактику. Она стала снимать его поножи и развязывать узел в промежной части. Затем она раздвинула ноги и стала немного садиться на герра. Тот мигом открыл глаза и испугался, увидев принцессу:
–Принцесса! Я же так опозорю себя перед Троицей и Вашим отцом. Я так жизни лишусь.
–Простите, герр, но Вы не отзывались, когда герр Эльмунд будил Вас. Вот так вот мне пришлось.
–Наедюсь, Вы ещё девственница.
–Да, герр. Я такая. Мне рано.
–Герр Риттманн. План сработал. Мы уже в мгновении от Истока.
–Стоп! Мы едем в Исток?
–Да, принцесса. План по Вашему спасению выполнен, -отвечал герр Эльмунд. -По приказу Вашего отца, -а отец не ожидал, что спасение поведет за собой противостояние ветвей и бунт.
–Он и восстание сам придумал?
–Нет! Это мое решение и моя ноша, -отвечал герр Риттманн.
–Понятно, но вы все наделали шуму. Теперь из-за вас будет война.
–Он сказал делать это любой ценой.
–Но твои люди нацепили головы на пики! Они убили королеву Мари и невинную принцессу Диану, которой было всего 6.
–Я за них в ответе. Я все объясню отцу.
–Риттманн, ты разгневал принцессу, которая любит жалеть невинных. Ты разозлил принцессу.
–Принцесса? -послышался голос снаружи.
Эрика успокоилась и повернула голову в сторону двери. Внутрь повозки вошёл тот самый "полный мальчик". Это был Дарнли Брамс, сын герцога Брамса. Он тоже решился помочь принцессе.
–А кто там ещё?
–Неважно! -ответил герр Эльмунд. -Потом узнаешь.
–Не-а! -ответил мужик, который сам сунул голову внутрь. -Сейчас приду.
–Вот крикеты! -ответил герр Риттманн. -Вайнманн-Копский, я заменю тебя!
Мужик мигом пришёл к принцессе, уступив место герру Риттманну, который сам решился пойти, чтобы дать отдохнуть тем смльчакам, что не спали всю ночь.
–Михаил, -представился мужик, -фамилию Вы уже слышали.
–Зачем Вы здесь?
–Я приехал Вас спасать, а потом заняться вместе одним делом.
–Это не то, о чем Вы думаете, принцесса, -сказал герр Эльмунд.
–Я собираюсь установить мир в одной обширной стране.
–Руси что ли?
–Как Вы догадались?
–Австрию обширной не назовешь, а Империя Вас не волнует, ибо, во-первых, Вы русич, а во-вторых, в Империи итак спокойно.
Михаил засмеялся и согласился с принцессой.
–А почему я спала так долго и посыпалась именно на неприятных моментах?
–Риттманн! -позвал Эльмунд. -Объясни принцессе всё.
–Тогда смените меня кто-нибудь.
Брамс вызвался помогать, ибо тот тоже спал, но не больше Риттманна. Рыцарь уселся рядом с принцессой и стал рассказывать о всем, что произошло:
–Мне самому трудно объяснить всю суть восстания, поэтому оно останется тайной для Вас, а про сны расскажу. Вас кто пронес в комнату?
–Гвардеец де Лакуров, оказавшийся кальвинистом. Он налил мне сока в бокал и ушел.
