Поставив злополучную печать, Густав наконец-то встал со стола и направился к выходу. Ожидая встретить своего брата, он встретил одну из дочерей курфюрста Дирха, Лину. Та тянула за собой тележку нужных вещей(там в основном были мечи и щиты гвардии). Густав заинтересовался и спросил:
–Девочка, почему ты выполняешь грязную работу? А как же твоё хрупкое тело?
–У меня оно не хрупкое! -с улыбкой ответила Лина. -Мы немки, рождены для силы, а ею не пользуемся.
Та продолжила тянуть тележку, но Густав не стал перечить 16-летней девочке. Скорее наоборот, хотелось бы приучить Аликс к этому же. Густав вспомнил такую же картину в Дрездене, когда тот был в осаде до перехода в леса. Женщины работали, сражались и умирали на одном поле с мужчинами.
Карл пил из бокала какой-то напиток, стоя у ворот. Ворота были очень высокими, высотой с двухэтажный городской дом. Густав свистнул, чтобы позвать брата. Карл же плюнул на землю и поздоровался с братом:
–Доброе утро, Густи, -умилительно высказался король. -Уже выглядишь каким-то уставшим.
–Ну ты же не встаешь ни свет ни заря только чтобы перебрать бумаги, -ответил Густав. -Император – это тебе не устроить бордель прямо у себя дома. Это есть посланная Всевышним обязанность.
–Хорошо, поверю! -с улыбкой ответил Карл. -Мы поедем уже? Через считанные мгновения начало.
–А как же дети? -спросил Густав, собравшись бежать за ними.
–Они уже там! -остановил словами Карл. -Уже они все успели сделать.
Густав развернулся и сел верхом. Брат сделал это же самое и Габурги направились к трибунам, где все ждали начала грандиозного закрытия ежедесятилетнего Рейхстага.
На трибунах уже сидели Корнелиусы и Лакуры, а также курфюрстина Диана и её дочь Вилма, Гогенцеры. Несмотря на гнев отца, они, а ещё принц Оливер решили остаться до победного конца. Корнелиусы общались с интересом с принцессой Эрикой фон Лакур, которая рассказывала о том, как изучала владение Арнольда. Отец Эрики восхищался, разговаривая с ней наедине:
–Дочь, ты прекрасно рассказываешь людям о знаниях своих!
–Потому что не хочу подвести такого отца как ты! -отняла крепко она отца. -Я никогда не подведу нашу семью. Мало мне родиться. Я должна показать себя с прекрасной стороны.
Айрин Корнелиус, курфюрстина Ганновера, интересовалась, как принцесса-голубь смогла обрести такую красоту в таком раннем возрасте:
–Она способна увести любого мужа и отца одним своим взглядом! По виду она невинная, но на внешние черты она красавица из райских уголков.
–Не стану спорить! -ответил Арнольд. -Она краше всех трёх моих дочерей. Не считая Гертруду конечно, но она все равно превосходит трёх.
Тут Айрин вспомнила, что от Эллы пришло письмо о пропаже одной из дочерей, но курфюрст не стал слушать.
Спустя мгновение прибыли Дирхи, но состязания до сих пор не начинались. Все шла суета у рыцарей, но и трибуны были не готовы. Без императора никто и зевнуть не смел. Курфюрст Карл присел поближе к Лакурам, но сев рядом с Эрикой, король Кристоф предупредил:
–Это место займёт Его Величество с братом. Вон дети уже сидят! -Он указал пальцем на 5-ых маленьких Габургов.
–Ясно, извините! -обиделся видимо Карл. -Тогда сяду рядом с Вами, король Кристоф.
Он сел рядом с Кристофом, на что тот никак не отреагировал. Эрика посмотрела на организатора Рейхстага подозрительно, а затем продолжила глазеть на молоденьких рыцарей.
Спустя полмгновения наконец приехали император с братом. Никакой церемонии не было. Густав старался незаметно пробраться к своему месту, но высокое тело Корнелиуса остановило его.
–Я Вам не мешаю, Ваше Величество? -спросил занудным голосом курфюрст.
–Арнольд, хотите портить нам всем настроение сейчас? -спросил с улыбкой император. -Дввайте просто разойдемся.
Корнелиус отошёл, куда ему надо было, Габурги заняли свои места. Лакуры поклонились императору(Карл Дирх совсем забыл, что он должен сидеть рядом с женой, чтобы начинать и заканчивать турнир).
–Да сядьте, сядьте! -ответил Густав и присел вполсилы. -Мы все на одном уровне. Никто не сравнится с силой «рождённой вовремя» так ведь?
–Нууууу… я не знаю! -пошла Эрика в заблуждения.
–Да бросьте. Давайте же смотреть, вроде начинают! -отвлёк от всего король Карл, указывая на прибывшего мейстера Дихарда.
Мейстер отчётливо выговорил торжественную речь, от которой некоторые засыпали: «Жители Империи: богатые и бедные, немцы и ненемцы, девы и мужья. Сегодня, уже на трибунах возле Карлштейна, состоится важнейший турнир, который поставит точку этому Рейхстагу. Хоть он и не закончился хорошо, все равно мы все должны его закончить. А закончит его турнир двух дев, которые были разрешены с повеления Его Величества, императора Густава Шестого Габурга. Спасибо ему и возвращения юношеского поединка. Желаю всем состязающимся удачи, а болельщикам – эмоций!». Он удалился, но очень медленно(он всё-таки старик, ему можно). Густав чуть не уснул от этого.
