И, бережно поставив меня на пол, с ласковой улыбкой оправив мне волосы, он направился к, валяющемуся на полу, черноволосому мужчине. Снег всё сильнее кружился вокруг его фигуры, полы белоснежного одеяния трепыхались от порывов сильного ветра, создаваемого «вьюгой», волосы развивались, а в его руке вдруг появился длинный меч, окутанный слепящим белым пламенем с голубоватыми всполохами.
– Постой! Он... не обижал меня, – торопливо произнесла я, когда поняла, что от Роэля вряд ли что-то сейчас останется, даже рожки и ножки. Пусть мне и хотелось ему отомстить за всю ту магию, что он на мне использовал, что хотел мною воспользоваться против моей воли… В общем, гад он тот ещё, конечно, но смерти я никому и никогда не желала. – Может, ну его, а? Пускай и дальше валяется.
– Нет, – Дэйн был непоколебим. Холодный, без тени намека на любую эмоцию, тон, легкий взмах меча и я, вспомнив кое-какие факты, быстро сопоставив то, что оба мужчины говорили мне, закричала, прежде чем острое лезвие отрубило дракону голову.
– Он знает, как даровать мне долгую жизнь! Когда он говорил, что сделает меня своей женой, он пообещал, что я тоже буду долго жить. А ты упоминал, что хочешь найти какой-то способ, чтобы продлить мне жизнь. Так вот он, этот способ, в буквальном смысле валяется прямо перед тобой. Давай у него, у этого дракона всё и узнаем. Живой он нам точно больше пригодится, чем мертвый!
И тонкое острие меча замерло всего в сантиметре от горла Роэля.
– Он сказал, что может продлить твою жизнь? – мужчина заинтересованно обернулся, и я утвердительно кивнула. – Он не сказал тебе как?
– Нет, – я аккуратно по тонкому, гладкому и невероятно скользкому льду подошла к нему и обхватила ладонями левую руку, в которой он держал меч. – Но мы спросим у него. Ты всё сам у него разузнаешь.
– Да. Разузнаю, – Дэйн сделал глубокий вдох и нехотя опустил руку. – Но не сейчас. Сейчас я хочу покинуть эту проклятую планету. Она – как хамелеон. Проклятый хищник, что подманивает путников и более не хочет их отпускать. Показывает им то, что они хотят видеть. Дарует им требуемые силы, что кажутся такими родными. А потом уже она питается их силой, поглощая их без остатка. Мерзкое создание.
Пока он говорил, я представила себе некий прекрасный цветок, что восхитительным ароматом подманивает бабочку, а потом внезапно у цветка захлопывается пасть, и несчастное насекомое оказывается в западне, а сок цветка уже начал его переваривать… Вот уж, действительно, мерзко!
– То есть… Все, кто сюда попадает… умирают? – тихо, запинаясь от представленной жуткой картины, как если бы вместо той бабочки оказалась бы я, прошептала я и прижалась к дракону ещё сильнее.
– Да. Эта планета поглощает всё, что не породила сама. Ей нужны новые силы. Ей нужно больше энергии. Только те, кто был рожден тут, могут жить спокойно. Ведь они её создания и порождения. Хотя, возможно, когда-нибудь она займется и каннибализмом, когда новых существ ей перестанет хватать. Я не могу отрицать и такого исхода, что вскоре, по моим мерках через пару тысяч лет, это будет безжизненная планета. Может, по одной расе она всех планомерно уничтожит, а может, и континентами – неважно. Но когда-нибудь это, скорее всего, точно случится.
И тут меня пробрал такой озноб, что громко застучали зубы, отбивая чечётку. Я вспомнила рассказ красного дракона про то, что как раз тысячу лет назад тут вымерли люди. Непонятно почему и отчего. Но их всех вдруг не стало.
– Давай быстрее убираться отсюда. Прошу! – чуть ли не взмолилась я. Находиться более на этой гнусной и мерзкой планете мне не хотелось. Я почему-то сейчас была практически уверена в том, что тех людей пожрал этот мир.
– Обязательно. Только ты случайно не в курсе, где один красноголовый мелкий уродец? Ты ведь хотела себе коврик из его шкурки. Вот и будет у тебя шикарный ковёр, – он бросил взгляд на бездыханное тело Роэля на полу и добавил: – Правда не обещаю, что целый получится. Но из кусочков, оставшихся от него, может, хоть носовой платочек выйдет. На память об этом дрянном мире.
– Да ну его, коврик этот. Хватай этого. Если на вопросы не ответит, из него и сделаем.
– И то верно, – Дэйн бросил свой меч на пол, и тот прямо в полете вдруг бесшумно разлетелся на мелкие блестящие осколки, которые ещё через мгновение превратились в крошечные льдинки и осыпались на паркет.
Мужчина, улыбнувшись мне, указал взглядом на Роэля, и я, поняв его без слов, отпустила руку, что всё это время сжимала. После чего он нагнулся, закинул себе дракона на плечо, даже не напрягшись, и уже сам взял меня крепко за руку.
– Придется опять в тот первый мир вернуться, он послужит нам перевалочным пунктом, каким он по факту и является. Эдакий перекресток путей, чтобы попасть в другие миры. В мой мы, может, и не попадем, а вот в твой – точно сможем, раз с Земли мы смогли на этот перекресток в пограничный мир попасть.
